Двое против ста

Этого майора я готовил лично… – Прохоров отвернулся, выдержал паузу, затем продолжил: – Он работал в Тюмени, занимался контрразведывательным обеспечением стратегического объекта… – Генерал вновь взял паузу и, не поворачиваясь к Валерию, закончил ровным, бесстрастным голосом: – Мой человек умирает от ранения в машине подполковника Феоктистова. У тебя ведь нет родственников в этом районе, Валера. Охота, рыбалка не твои пристрастия. И, ради Бога, не ври, что завел любовницу.

– Я ничего не знал о вашем оперативном внедрении.

Сейчас Валерий говорил чистую правду. Он доверял Прохорову (как и Шарманкину, Лебедеву, Елизаветину и другим ребятам), но в том, что в ФСБ находится «крот», подполковник был уверен на все сто.

– Любовницу, не любовницу… Я не человек, что ли?! – махнул рукой Феоктистов, сам переходя в атаку. – Лучше бы дома сидел, все равно спасти его не успел.

– Больше ты ничего мне не скажешь? – спросил Сократ Иванович, присаживаясь за свое рабочее место – большой деревянный стол, украшенный декоративной резьбой.

– Нет.

Прохоров хорошо знал Валерия. Больше, чем Ротмистр сказал сейчас, он сегодня уже не скажет.

– Как знаешь… – произнес генерал. Выждав паузу, добавил: – Потом может оказаться поздно.

«Что сейчас было сказано?» – тут же спросил себя Валерий. Угроза? Предупреждение? Не похоже ни на то, ни на другое. Усталый, грустный был голос у Сократа, сына Ивана. А картина, между тем, прояснилась окончательно. Погибший был агентом, внедренным в террористическую группу.

Каким-то образом агент был расшифрован и начал действовать на свой страх и риск, попытался получить немедленные сведения о предстоящей акции. Она должна была совершиться через два дня на третий. Это последнее, что внятно услышали Лена и Феоктистов… Сейчас, скорее всего, террористическая команда в спешке покинула базу. Что будет дальше? «Командование» отменит акцию? Вряд ли. Перенесет место и время?

СТОП!

Если «крот» один из высокопоставленных офицеров «Альфы» или антиэкстремистского управления, он УЖЕ наверняка знает, что агент погиб.

– Сократ Иванович, дайте мне двое суток отдыха, – проговорил Валерий.

Прохоров молча смерил Ротмистра взглядом, потом кивнул. После стрессовых ситуаций офицерам спецподразделений были положены несколько суток для «возвращения к душевному равновесию».

Рольф и утренний гость

Рольф принимал утреннего гостя за чашкой кофе, но без привычного коньяка. В предстоящие дни ему надлежало иметь ясную голову.