Последняя осень: Неисполненная клятва

– Пора собираться в дорогу – сказал Лекс, глядя в спины кнехтам. А то еще сваляют дурака.

Отряд был обескровлен. Раненые держались молодцами и даже сейчас вышли из избы, готовые принять последний бой.

– Фиона? Фиона!

– Хелдор? – она как раз хотела обработать раны товарищей.

– Полынь в торбе. Кого-то уже давно поранило.

– Будет кстати – согласилась воительница.

Первым делом бойцы Ордена позаботились о своих павших – нашли масло, использовали сухие жерди, соорудили огромный костер.

–Хелдор – Лекс протянул веревку – посади этого породистого щенка на поводок.

И обыщи, чтобы не кусался.

Молодой воин опутал рыцарю руки и шею. За этой экзекуцией наблюдал оруженосец, что стоял с конем на поводу шагах в тридцати от уцелевших бойцов отряда, стараясь заискивающе посмотреть в глаза своему господину. Пока Хелдор освобождал того от пояса с кинжалом и кожаной сумкой, он коротко, едва заметно кивнул оруженосцу.

– Ну звать то тебя как, ваше благородие? – с издевкой спросил Хелдор.

– Вивьен. Вивьен из до…

– Наплевать. – Жестко оборвал его юноша. – Имени хватит.

Бойцы открыли хозяйский погреб, справляя, сколь возможно, тризну по погибшим товарищам. Пили вино из кувшинов со взломанными печатями, заедая кругами колбасы.

Вернулся со своим семейством хозяин хутора – глядя на то, что тут устроили вояки с обеих сторон, он мог только судорожно мять в руках шапку да шмыгать носом. С молчаливого согласия остальных – кроме Бакха и его дружков, Лекс достал часть тех денег, что хранились у Кевина, и вручил безутешному главе семейства.

При виде тех монет, что ему дали, лицо разоренного хуторянина просветлело, однако он все равно скромно покряхтел, говоря о том, что работы будет невпроворот. В ответ Лекс мрачно пошутил, предлагая тому открыть оружейную лавку – товара теперь на его земле полно.

Кажется, вира за порушенный хутор была большой, потому как женщина, загнав детей в дом, не поленилась принести воякам пару ведер воды и ковш.

Сначала они напились, затем разлили себе воду по флягам.

Уходя, они собрали свои вещи, и кое-что из вещей кнехтов и павших боевых братьев, подбросили хвороста в погребальный костер и удалились. Лекс теперь был обременен мечом Кевина, который он заботливо замотал в холстину и по диагонали разместил за спиной. Конечно, быстро его достать нечего было и думать, но его клинки все еще были под рукой. Хелдору пришлось волочь на веревке Вивьена.