Сквозь наваждение

Сквозь наваждение

Сергей Алексеевич Минский

Если бы кто-то сказал Максиму Гарецкому, что такое однажды ему может «привидеться», посмеялся бы над этим человеком. Но смеяться над другими – совсем не то, что смеяться над собой. Максим, сбитый с толку новыми жизненными обстоятельствами – встречей со странным ночным существом, а через день и с его живым воплощением – Настей Захаровой, рассказывает обо всем своему другу – Руслану Ремезову. С ним они начинают искать разгадку чудесных преобразований, которые сопряжены с зарождающимися отношениями Максима и Насти.

Сергей Минский

Сквозь наваждение

ЧАСТЬ I

1.

Безмятежность, пришедшая на смену дневным треволнениям, завладела всем его существом. Здесь – в конце сада, где через ветви яблонь даже в эту лунную ночь были видны звезды, появилось ощущение неразделенности со всем, что окружало: и с этими черными ветвями на темном в редких звездах небе, и с домом, выступавшим светлой оштукатуренной стеной второго этажа из садовых деревьев.

Максим оглянулся назад. На мгновение показалось – широкое течение реки в инертном лунном свете как-то неестественно застыло. Словно время дало сбой – остановилось. Разросшиеся за последние годы кусты ивняка на том берегу и блики света на воде выглядели неестественно красиво, как будто их выписал художник-фантаст, изображавший неземную природу. Легкая прохлада, пришедшая на смену дневному теплу, приятно окутала разгоряченное домашней баней тело.

Он прикатил домой, когда уже совсем стемнело. Выехал из города позже обычного – заговорился с Русланом. А тут еще по дороге спустило колесо. Пока ставил запаску, пока заезжал на шиномонтаж, где оказался не первым, банная эстафета уже закончилась, и потому мыться пришлось идти одному.

Родители с четой соседей и их дочерью Анютой, приглашенных на пар, ужинали. Со стороны дома – с террасы – доносились голоса. Иногда совсем тихие, они почти не были слышны. А иногда становились громче. Периодически перерастали в смех, словно пытаясь оспорить легкую грусть одного из последних теплых вечеров.

В принципе, он и не торопился сегодня домой – не любил одних и тех же разговоров ни о чем, когда приходили соседи.