След подковы

Для Чернышева и Малышева ожидание у лавки затянулось. Сашка первым прервал затянувшееся молчание. – Вроде перестали стрелять… Может, зайдем, глянем?

– Ага, они и нас…

– Если, что, скажем, зашли купить гвоздей, а что?…

Наконец решившись, ребята насторожено зашли в лавку, обошли помещения, опасливо косясь на трупы. У окна Андрей обратил внимание на часы. Он поднял их и прочитал гравировку на задней крышке «Мите от любящих родителей».

Запыхавшиеся Барон, Красильников и Болшев встретились в условленном месте, тихом дворике рядом с Дровяным переулком.

Красильников не добавил оптимизма, – кроме этой лавки, ни одной зацепки.

Один Федор Михайлович, оптимист по природе, не унывал, – ничего, главное он в Москве.

Ольга, подойдя к своему подъезду, попрощалась с Таней Полянской, которая в этот раз была в длинном балахоне, заляпанном краской. Через плечо у нее висел мольберт. Ольгу окликнул Чернышев, который подошел вместе с Малышевым.

– Оль, подожди.

Ольга сухо ответила, демонстрируя свое нежелание общаться с Андреем. – Я просила, не приходи к нам.

Таня в это время вызывающе осмотрела Малышева с головы до ног и дерзко спросила у него. – Самец, хочешь войти в историю и оставить свое имя в веках?

Малышев был ошарашен подобной вызывающей бесцеремонностью. – Чего?

– Будешь мне позировать. Я создаю эмблему ассоциации вольных самцов. Символом ассоциации будет осьминог. Ты будешь его изображать.

Из пафосного монолога Сашка понял только то, что он должен изображать какого-то осьминога.

– Это нужно для газеты ассоциации. Я в ней главный редактор.

– Я не про то. Я, что похож на осьминога?

Замешательство парня воодушевило взбалмошную девушку на новый всплеск словоблудия. – Это не важно, на кого ты похож. Главное, что ты чувствуешь. Ассоциативное мышление должно превалировать над визуальным восприятием, тогда абстракция обретает ощутимые философские формы.

У Малышева создалось ощущение, что они разговаривают на разных языках. – Чего?

Полянская, придерживая Малышева за рукав, отвела его чуть в сторону. Она азартно стала что-то объяснять своей жертве.

Чернышев попытался удержать Ольгу за руку, но ее остановило лишь его сообщение.

– Твой Митя в Москве. Я сегодня его видел.

Ольга сразу же преобразилась и радостно спросила. – Где?

– В Гончарах, в лавке Лунева.