Кинодетективы 9

Боевитый офицер попался!

– А как же хорунжий Чуприна? – Спрашивает Максим.

– Он всегда рядом, Максим. Он мне, как брат родной.

– Он не обиделся?

– Чего ему обижаться? – Пожимает плечами Дарина, – Я ему ничего не обещала.

– Значит, после того, как вы расстались, ты Чуприну не видела?

– Почему? Видела. Когда тайком на сеновал шла.

– Что он делал?

– Вместе с сотником Крутиусом в шинке чучело кабана со стены снимал.

Максим кивает:

– Спасибо, Дарина, можешь идти.

Она выходит. Максим слышит стон Игонькина из комнаты хозяев, поднимается и выходит в коридор.

34

Максим заходит в комнату хозяев. Раненый Игонькин безмятежно спит на кровати. Максим смотрит на него и с улыбкой хмыкает. Затем принимается осматривать комнату. Смотрит под кроватью, за сундуком, за ковром, весящим на стене. Поднимает самотканые половики. Прыгает на полу. Потом заглядывает за шкаф.

35

Максим возвращается в шинок. Здесь его уже дожидаются дед Сирко, сотник Крутиус и хорунжий Чуприна.

– Ну, рассказывайте, казаки, – сходу говорит он, – зачем вы чучело дикого кабана в комнату к деду Сирку забросили?

Дед Сирко удивлен вопросу.

– Сознавайтесь скорее, чтобы грех с души снять, – произносит Максим.

Чуприна поднимается и, бросая смущенные взгляды на деда Сирка, принимается рассказывать.

– Это я один виноват.

– Не, господа хорошие, я тоже своей вины не снимаю, – вставляет сотник Крутиус.

– Бес попутал, Максим, – кладет руку на сердце Чуприна, – У меня от ревности ум за разум заскочил.

Крутиус дополняет своего товарища с места.

– Такого казака на какого-то москаля променяла!

– Решил я Дарине и этому русичу насолить, – продолжает хорунжий.

– А я своего боевого друга поддержать. Не мог же я спокойно смотреть на его мучения.

– Я хотел испортить им любовные утехи.

– И радости.

– Я думал, что они в комнате свиданничают.

– А они на сеновале были…

Дед Сирко поднимается с лавки.

– Так, выходит, это я вам должен «спасибо» сказать за то, что у меня порты мокрые оказались из-за ваших ревностей?

– Выходит так, дед, – сознается Крутиус.

– Ну, мы же не знали, – оправдывается Чуприна, – что тебя на эту кровать черт занесёт.

Дед поворачивается к Максиму.

– Их в холодную сажать надо за то, что они покушались на мою единственную жизнь.

– Вину свою признаем полностью, – склоняет голову сотник.

– Готовы понести любое наказание, – вздыхает хорунжий.