Сокровища Валькирии. Звездные раны

Ложь была настолько невероятной и грубой, что Олег несколько разочаровался в способностях бывшего капитана.

– Давай спросим у Шейха? – предложил он. – Как бывает по жизни… Эй, Рокфеллер! Иди сюда!

Конырев не спеша приблизился, выкатил свой толстый живот и поправил настоящую ковбойскую шляпу.

– Есть проблемы?

– Тебе не подбрасывали к дверям офиса, например, ящик с коньяком? – спросил его Зимогор. – Так по жизни бывает?

– По жизни бывает. Только пара бутылок может быть отравлена и одна непременно заряжена.

– А что первично: спирт или авария?

– Первична материя, как в школе учили, – сказал Конырев. – Авария на скважине, как и всякая катастрофа вообще, вещь мистическая, ирреальная…

– Слышишь, что говорит опытный человек?

Ячменный мотнул головой, зло поиграл желваками.

– Сейчас ничего доказывать не буду. Потом докажу!.. А пока придется верить на слово, Олег Павлович.

Тогда, в мае, он показался Зимогору более покладистым в обращении с начальством, чуть ли не каблуками щелкал и врал мягче, осторожнее. Сейчас освоился и вроде бы начинал дерзить.

– В радиограмме сказано, авария произошла не по вине смены, а по горнотехническим условиям проходки. Это как понимать?

– В прямом смысле, – подумав, сказал Ячменный. – Иначе бы вы не приехали. Я знал, что главный геолог болеет, главный инженер в отпуске и что кроме вас ехать некому. Аквилонов чужого не пошлет… На самом деле причина совсем другая.

– Хочешь сказать, таким образом вызвал меня?

– Другого выхода не было. Вы мне тогда, в мае, понравились…

– Вот оно что! – не удержался от сарказма Зимогор. – А у тебя как с ориентацией, капитан?

– Я не в том смысле, Олег Павлович! – смутился начальник партии. – Как человек понравились, как геолог… Только вы и сможете разобраться. У нас тут творится… Ну полная чертовщина. В смысле геологии. Все похоже на диверсию.

– Если это диверсия, надо вызывать Ангела.

Начальник партии резко боднул сеть головой.

– Я как человек в прошлом военный хорошо знаю эту публику! Спишут на пьянку и все. И Ангела этого тоже знаю, полная бестолковщина.

Ангелами в экспедиции называли работников особого отдела. Когда-то их набиралось до десятка, а теперь оставался один на все объекты – тощий носатый человек без возраста.