Невеста для варвара

 – Да вижу, душа-то нетерпением трепещет…

– Напротив, не хочу, – наперекор ему сказал Ивашка, хотя в тот час подумал: а неплохо бы узнать, как образуется его жизнь после смерти Петра Алексеевича. – У меня душа от иного трепещет…

– От чего же? Все токмо и жаждут изведать, что завтра станется. Ты же противишься…

– И так тоскливо наше существование, – вздохнул Головин. – А узнай грядущее, так и вовсе от печали удавиться только.

– И то правда, боярин, – как-то неопределенно согласился югагир.

– Однако же хотел бы знать, каким путем поведем невесту? Сушей или морем?

– Тебе что более по нраву?

– Я морскому делу обучен, и мне сия стихия милей.

– Который нагадаю, тем и пойдем, – заявил Тренка. – Рано думать о пути, еще и невеста не высватана.

– А вот в сватах я не хаживал, – признался капитан. – И ремеслом сим не владею. Тут уж увольте…

– Сватовство – дело важное. Тебе и поручу, боярин.

– Да я и речей-то подобных заводить не умею!

– Речи немец говорить станет, а ты глаз свой навостри и взирай.

– Куда взирать-то?

– На невест, боярин. Царь ослепил меня в темнице – ты моими глазами станешь. На которую взор твой упадет, той и быть. Вот тебе покров! Как узришь деву, достойную Оскола, так покроешь ее главу, чтоб никто порчи не навел…

Ивашка ткань взял, сложил ее вчетверо и за пазуху спрятал.

– Про грядущее спрашивать тебя не стану, – сказал. – А про старинное спрошу.

– Слыхал…

– Они каменное изваяние воздвигли, свинкс называется. На тело позришь – зверь лютый, а лицо человеческое… Ты не знаешь, на что?

Тренка интерес потерял.

– Сам в книге прочтешь, коль пожелаешь.

– Да я читал… Нигде не сказано, на что!

– В вещей книге писано: время сторожить на чеп посажен…

3

Так, мечтая сватов заслать да обневеститься, Ивашка Головин сам сватом стал и обязанностью сей довольно тяготился, ибо не имел легкого, игривого ума, чтоб сразу же, с порога, завести веселый разговор да еще и обычай соблюсти, слова нужные сказать, к примеру, про красный товар и про купца-молодца.