Белое пятно

– Спрашивал, хочу старый приемник отремонтировать.

– Радио слушать? А лампы искал для радиопередатчика, судя по маркировке. Ну, и что ты скажешь?

Ерема пожал плечами.

– Должно быть, они одинаковые…

Особист не дал договорить, рубанул кулаком по столу:

– Хватит врать, Осягин! Кому потребовались лампы для радиопередатчика?

– Злым духам. – пробурчал тот. – Кому же еще?

Капитан на шутку не обиделся, напротив, облегченно вздохнул:

– Это уже ближе к правде… – и пригрозил. – Запомни, Осягин, будешь врать – срок схлопочешь.

Теперь отвечай, откуда у тебя эта вещица?

И поднял за цепочку серебряные швейцарские часы, отобранные у Еремы, когда привели в милицию. У того ответ был заготовлен:

– Трофейные, с фронта привез.

– Ты же не воевал?

– Но в Германии служил…

– А надпись на оборотной стороне крышки читал?

– Там не по-русски написано.

– Верно, по-английски, и звучит это как Куз.

– Мне все равно, трофейные…

Юлианов всякую надежду потерял, рассердился:

– Сейчас в камеру! Посиди, подумай.

Завтра мне все про духов расскажешь. И особенно про часы! Кто и когда подарил.

И вызвал дежурного милиционера…

* * *

Безлюдную, благодатную эту землю даже стихии не трогали. Ураганы рассекались горами и проносились мимо, таежные пожары упирались в широкие, но мелкие каменистые реки, либо скалы с россыпями курумников и заглыхали еще на дальних подступах, суровые морозы распадались на два потока и уходили один на запад, другой на восток, огибая неприступный Соржинский кряж.

Стоял он словно корабль между двух сибирских рек, разделяя водные и воздушные потоки, а может быть и все пространство до небесной выси. Даже Тунгусский метеорит, целивший в плоские вершины правого борта кряжа, будто на стену наткнулся. Редкие старики-очевидцы, в частности дед Еремы, своими глазами видел, как слепящая звезда сначала пошла к земле, но в последний миг будто зависла! А потом скользнула вверх, унеслась к Подкаменной реке и уже над нею хлопнула да сгорела. А тут ни единого дерева не свалилось, разве что по реке волна пошла, на горах лед растаял, и тундровые болота на вершинах в единый миг высохли. Зато другие звезды, совсем малые, падали на кряж часто, и часто рассыпались в прах или таяли – говорят, ледяными были. Еремин дед такую звезду находил и целиком принести не мог, так кусок отколол топором и положил у себя в избушке. На вид и в самом деле, как прозрачный лед, но теплый и не тает, а будто сразу испаряется.