Сворачиватель Времени

Мы не планировали проводить день вместе, потому что её расписание предполагало занятия йоги, которые она успешно вела через день. Потому, как только после лёгкого обеда из овощного салата, мы расстались, я оказался наедине с собой и своими планами. Вытащив камень, так похожий на метеорит, я внимательно его рассмотрел. Оказалось, что если выставить его на свет, то можно увидеть, как добрую его половину занимает полупрозрачное сине-красное вещество. Кажется внутри полудрагоценного камня, ещё были блестящие на солнце прожилки из металла.

Весил он более чем обычный камень, потому я сделал предположение, что металла в нём куда больше, чем кажется на первый взгляд.

Не придумав ничего умнее, со своей находкой я пошёл в ближайший клуб любителей металлодетекторов и аналогичного с помощью них поиска. Единственный присутствующий там, седоватый мужчина по имени Игнат, долго рассматривал мою находку, после чего долго тёр свой щетинистый подбородок.

– Как тебе сказать Сеня. Похоже на метеорит. Особенно по вкраплениям, словно оплавили металл и камень одновременно.

Смущает только наличие в нём других полупрозрачных примесей, делающих его полудрагоценным, если не драгоценным. Тут нужен анализ. Правда остаётся непонятно, почему при прохождении атмосферы, все полудрагоценные и драгоценные породы в нём не выгорели.

– А что с радиацией?

– А что уже есть проблемы с потенцией? – Игнат стал доставать счётчик Гейгера.

– Лучше перебдеть.

– Это верно, – основатель клуба включил прибор и поводил им по моей находке, как на столе, так и на весу, держа необычный камень свободной рукой.

 – Вроде чистый.

– Совсем чистый?

– Совсем. Радиоактивные метеориты, это всегда части сгоревших космических кораблей. Потому явление крайне редкое.

– Правда?

– Шучу, конечно. Откуда мне знать, – Игнат широко улыбнулся. – Мы нашу землю то с её историей толком изучить не можем десятый год подряд. Всё копаем, копаем. Находки с каждым разом всё интереснее. А вопросов всё больше.

– Какие самые интересные были?

– Было много всякого, в том числе даже что-то похожее на детали к неизвестным нам механизмам.

Если ты понимаешь, деталями мы эти находки условно назвали.

– Где они теперь, можно посмотреть?

– Все фото в этом журнале. Большая часть безделушек от нас уходит в музей. Половина другая, обычно самая ценна, продаётся на стороне. Надо же клубу на что-то жить. Лишь мелочи оседают в качестве сувениров у нас самих.

– Вот почему в музеях всегда ничего интересного нет.