Наследие Ночи

В то же время я почти мгновенно влюбился. Находясь, где-то посередине между ужасом и обожанием я так и стоял, не решаясь ничего сказать, извиниться или уйти. Смотрела она на меня недолго. Секунд пять. А затем, улыбнувшись одними глазами, прикрыла их.

Не зная как реагировать, глупо и не к спеху поклонившись, я попятился спиной назад, вышел и сразу отправился к себе. Через пять минут, когда я уже собирался потушить свет и уйти на покой, ко мне зашёл Никодим.

– Ты очень бледен, – сказал он, по-видимому ища глазами своё пенсне и найдя его в протянутой моей руке одел.

– Я очень устал и хотел бы быстрее прилечь.

– Конечно. Ты хорошо поработал, – он протянул мне золотой рубль. – Отчего я воспринял его жест, как действительно очень щедрый, особенно учитывая, что ни разу ранее не слышал от него похвалы.

– Благодарю Никодим, – сказал я.

– Ты случайно сегодня ничего странного не заметил? – как-то рассеянно спросил он, повернувшись спиной.

– Разве что очень жарко, – ушёл я от темы. – Когда сидишь здесь весь день, время пролетает быстро и незаметно.

– Ну-да. Доброй ночи.

– Доброй.

Всю ночь и последующую я очень плохо спал. Это как-то было связано с глазами княгини. Но это было не совсем похоже на влюблённость, так как я уже имел неосторожность иметь симпатии к играющим глазками юным сударыням, при своём родном поместье. Это было другое. Так и не уснув за вторую ночь, я просто лежал в своей кровати, дожидаясь рассвета.

– Мёртвая!

Я ещё подумал, ну что за глупость. Такие полные сил, красоты и жизни, молодые княгини не умирают просто так на третьем десятке лет от роду. Пусть и не состоящие в замужестве и не имеющие по странным причинам детей. Но всё равно это не показатель и вообще. Фрейлин могла сойти с ума. Пусть не за одно утро, а по простым жизненным обстоятельствам, скучной жизни в глуши, пусть и в роскошном особняке.

– Ты что кричишь?

– Княгиня мертва!

Фрейлин крикнула ещё несколько раз, уносясь дальше по коридору, но наверно её остановил один из дворовых и стал успокаивать.

Днём я мельком видел неспокойную. На ней не было лица. По распоряжению Никодима, в этот же день её увезли обратно домой в провинцию. Больше я о ней ничего не слышал. Впрочем, мне было и не интересно.