Наследие Ночи

Так как пятую точку опоры я натёр чуть не до крови, а ноги мои, не привыкшие к столь долгим конным прогулкам перенапряглись и просто онемели.

Дальше, лучше. Через месяц я достаточно окреп. Писем с каждой неделей становилось всё меньше, а я разобрался с накопившейся канцелярской работой, так что теперь лишь два-три дня в неделю уходило, чтобы развести за полдня и забрать все необходимые письма и бумаги. Несмотря на почти постоянное пребывание и проживание в доме княгини, её саму я видел лишь один раз вечером и мельком.

Она вот-вот, прибыла из Петербурга. Но видел её я только условно. Что там можно рассмотреть почти в полной темноте в свете редких огней, лишь тёмный силуэт в платье до земли, да вежливые голоса извозчика и сопровождающего гостя.

Через пару дней после её приезда, ко мне в конторку ранним утром вошёл её слуга, по-видимому, носивший обязанности стряпчего. С его глаз я всегда проникал в её апартаменты, в кабинет и забирал-уносил бумаги, когда её не было. Когда же она была, то я почти никогда с ней не встречался.

На этот раз ему видимо было не до меня и он просто на автомате дал мне ключи от её дверей. Сказав, чтобы я забрал со стола приготовленные для меня бумаги и все переписал их.

Впервые я заподозрил неладное. В её апартаментах была прохлада, хотя на улице стояла июньская жара. Я как обычно забрал приготовленное мне, оставил разобранные письма с ответами и удалился в свой кабинет. Стряпчий заглянул ко мне в обед, чтобы забрать ключи. К тому времени я уже переписал половину всех рукописей и так устал, что начинал клевать носом.

Пару листов пришлось даже переписать, так как я капнул на них чернилами. Один был простой копией карты, а другой короткими пояснениями на её счёт.

Все тексты были кардинально отличны от тех привычных, с какими мне доселе доводилось иметь дело. Они содержали мало знакомые слова. Многие из них носили метафорический характер. Часть была на латыни, часть на английском и немецком. Часть я просто не знал. Хаотически переписывая текст, я копировал и зарисованные, причём весьма неплохо от руки картинки обозначения.

Что меня больше всего поразило, речь шла, о каких-то сложных процессах происходящих в человеческом организме. Если бы я не знал княгиню и её двор, то мог бы подумать, они предназначались университетскому профессору медицинских наук.

Стряпчий несколько раз заходил и торопил меня, на что я отвечал ему, что не могу быстрее, так как текст и так сложный, а попутные рисунки отнимают много времени.