Наследие Ночи

Валерьян, проводи меня к старой врачевательнице. Или кто она там? – он мне не ответил и я посмотрел в темноту вокруг. – Валерьян! – тишина в ответ. – Ай, ладно. Сам найду.

Я двинулся между деревьями, размышляя остатками свободного места от боли в голове, откуда он знал, что я направлялся к повитухе? Так она повитуха? Чем тогда она могла мне помочь в таком случае? Будет ли она дома сейчас, вечером? С другой стороны неудивительно, что он знает. Если я двигался в саду и роще как слепой котёнок, он мог знать все здешние ходы и выходы, как свои пять пальцев.

Об этом мне совершенно не хотелось думать, как и о совершенно дурацкой истории, приключившейся со мной с самого утра и испортившей мне весь день кряду. Вскоре деревья расступились. Я вышел на луг, освещаемый половиной луны и светом из окон одинокой избушки. Весьма исправной, ведь её могли обновлять местными силами мужики по приказам из поместья, но даже в темноте видно было, довольно древней и собранной из огромных брёвен.

Едва я сделал шаг в её сторону, как тут же на меня зашипели позади. Я остановился, обернулся, но никого не увидел и сделал второй.

– Не ххходи, – зашипел чей-то неприятный голос.

У меня почти мгновенно прошла голова. Вся эта ситуация меня пугала. К счастью дверь отворилась и на пороге возникла невысокая фигура.

– Заходи, коль пришёл молодец. Тёмно за окном. Нежели и нечего тут шляться, да без своего ума.

Я быстрым шагом дошёл до неё. Я бы может и побежал, на каждый шаг снова стал отражаться пульсирующей мигренью. Женщина оказалась не столь старой, какой я себе её представлял. Она пустила меня на порог и пригласила проходить внутрь. Усадив меня у очага, за столом, она сначала долго окуривала всё помещение до густого дыма багульником, так что я думал, что задохнусь от дыма раньше, чем пройдёт моя голова. Затем долго натирала руки пахучими мазями.

Когда она закончила, дым постепенно втянулся через открытое окошко очага, а я внезапно стал чувствовать себя лучше. Моё самочувствие не стало столь прекрасным, как в мои привычные молодые годы, но хотя бы ушло безвременно испорченное настроение и сильные боли.

– Ну, рассказывай, чего пришёл. Раз дойти сумел. Аркан я с тебя сняла. На время. Так что до утра можешь ничего не бояться.

– Как вас зовут?

– Станимира я. Повитуха местная.