Эстетика Смерти

Ответишь на несколько вопросов. Внятно и сосредоточено. Поднимешь шум, убью.

– Сын мой, – я тут же отдавил ему болезненно руку.

– Ты не понял?

– Понял. Всё понял!

– Так, лежи и не вставай, – я закрыл дверь изнутри. – Что за книгу забрал с собой хряк?

– Оунналмгия. Книга владыки подземного города Хта-Мхагха.

– Откуда?

– Была выкрана у Жана-Бедель Бокасса в 1975 году.

– Причём здесь бывший президент Центральноафриканской Республики.

– Я точно всего не знаю. Но говорят, он первый нашёл её при раскопках и стал использовать в своих целях, чтобы установить свой режим.

После того как у него выкрали книгу наши известные спецслужбы, он потерял власть и был свергнут.

– Куда повёз её хряк.

– Кто? А, отец Кирилл повёз её в свой монастырь.

– Где это?

– В моём столе есть его визитка. Я там ещё не был, но собирался его навестить.

– Какой вы планируется ритуал?

– Мне об этом говорить нельзя, – шёпотом поведал Елисей, пытаясь сесть на полу.

– Не дёргайся.

Теперь говори.

– Ритуал направлен на воскрешение подземного владыки «Хта-Мхагха». Я должен присутствовать как один из сановников, но проводить ритуал буду не я, а жрец, – в дверь постучались.

– Святой отец. Я пришла, вы разговариваете по телефону? – я знаком показал клиенту пригласить её внутрь.

– Заходи дочь моя.

Я открыл щеколду и встал за дверь. Служка вошла, остановилась и открыла рот, не понимая, почему Елисей лежит на полу. Дозированный удар по голове основанием рукоятки пистолета оглушил её и она упала на бок, распахивая полы своей расстёгнутой рясы, обнажая большую неприкрытую грудь и пухлые ноги в полупрозрачных чулках.

Елисей поморщился, но ничего не сказал.

– Что за жрец и где будет проходить ритуал?

– Этого я не зна… – его речь оборвалась на середине слова, потому что я выстрелил.

Мне было неинтересно. Последний вопрос нужен был только чтобы застать его врасплох. Мне не нужны его умаления, подкуп или просьбы сжалиться. Шокпатрон заставил его тело изгибаться и мелко трястись, как от сильного удара электрическим током.

Через пять секунд все судороги прекратились, а передо мной лежал совершенно недвижимый, вытянутый в струнку, поправка, в толстую струну Елисей. Рот его был открыт, а глаза остекленели.

Я присел рядом, открутил ему ухо и вставил ключ-восьмигранник в паз. Половина лицевой части отошла от головы. Просунул большие пальцы в пустые глазницы и оттянул маску на себя.