Осеннее таинство

– А насобирал-то, никак в брагу подмешивает? – прошептал он, глядя на склянку, доверху набитую мелкими сушеными жуками.

Тем временем сзади послышался звон посуды и радостный возглас Сигурта:

– А Упилий-то, проныра старый, гостей принимал!

– С чего ты взял?

– Да тут будто рота солдат в разгул пустилась, а кружки-то две всего: одна вон у кровати, а другая под столом. Литров десять высосали, ненасытные. А малину в корзинке поди на закусь пускали. Гляди-ка, еще и в карты резались.

– Может и так.

– Вот тебе раз! А тут у нас кое-чего потеплее овчинного тулупа, – восторженно заявил Сигурт, – ты, Вилли, на винодельне работаешь, а знал хоть, что многое о вине можно рассказать, едва на этикетку глянув?

– Могу представить.

– Вот и представь себе, – назидательно проговорил Сигурт, – что бутыль эта особенная. Видишь знак снизу? Такие только для королевского стола разливают. У нищего-то старика откуда такое богатство? Как думаешь?

Вилли промолчал.

– Ты чего там возишься? – продолжил Сигурт, – давай-ка лучше его испробуем.

– Узнать бы сперва, чего он с жуками этими делает, – ответил Вилли и полез в ящички стола.

– Жуки – это еще что! А вот этот драгоценный тулит[3 - Тулит – розовый минерал, часто имеющий вкрапления драгоценных камней. Есть поверие что амулеты из него обладают защитными чарами и улучшают память.] стоит дороже чем все хибары в деревне. Такое вино не пить нужно, а в сокровищнице запереть.

– Так и оставь его в покое.

– Еще чего, – насупился Сигурт, – незачем такому доброму винцу зря пропадать, и открытым его нечего держать, выдохнется. Сделаю глоток другой, не убудет со старика. У него и так этого добра, хоть упейся.

– Пойдем лучше отсюда, – не успокаивался Вилли, но из любопытства подвинул поближе весы. На одну чашу положил склянку с жуками, на другую – гирьку.

Сигурт присосался к бутылке, как младенец к материнской груди, позади послышались его жадные глотки.

Пару секунд спустя он вдруг тяжело задышал и болезненно закряхтел.

– Вилли, чего-то мне… Нехорошо… – промычал он и тут же замолк.

– Что там у тебя? – спросил Вилли, услышав, грохот и звон посуды, – говорю же, в покое оставь, – проворчал он и обернулся.

– Ох! – вскрикнул он и рассеяно огляделся по сторонам, – куда ж ты подевался?

На месте, где только что стоял Сигурт, лежали сапоги, рубаха со штанами и панталоны. Самого Сигурта как волною смыло.

– Что за фокусы? – ужаснулся Вилли.