Осеннее таинство

– Это тот забор, что в конце сада? – задумчиво спросил тот, вглядываясь в зеркало, – там еще малина растет?

– Он самый. Его Сигурт чинил на прошлой неделе. Дело он свое знает, забор теперь как новенький. Вы бы поглядеть сходили.

– Так я и думал, – кивнул Юхи, не обращая внимания на льстивые похвалы, – это старика Упилия зеркало. Он страсть как малину любит и бывает заходит нарвать корзиночку другую, а зеркало завсегда с собой таскает, видать и обронил через дыру в кармане.

– И какая ему надобность с собой зеркало таскать? Никак чудит старик.

– Простим старику его причуды, – ответил Юхи и вернул зеркало, – как закончишь на почте, сходи к нему и отдай прямо в руки. Понял?

– Понял.

– Точно? – насупился Юхи.

– За всю жизнь ничего проще не делал. Считайте старик уже при зеркале! – торжественно пообещал Вилли и скрылся за дверью.

На выходе из дома его уже поджидал Сигурт.

– Ну, – прищурился он, – чего он тебе сказал?

– Попросил письмо почтальону снести.

– Тьфу ты, про меня что сказал? Зеркало настроение ему поправило? – нетерпеливо проворчал Сигурт.

– Поправило да только не его оно, а старика Упилия. Я перва к Нюбергу загляну, а потом и к нему наведаюсь.

– А я, пожалуй, с тобой прогуляюсь, – радостно заявил Сигурт, – стребуем у разбойника бутылочку за доставку ценности.

– А не лучше б тебе крышей заняться?

– Никуда она теперь не денется. Дождя уж до вчера поди не будет, так что пусть оно тут все подсохнет, а на сухую и дело легче пойдет.

– Ты, что же, и погоду наловчился предсказывать?

– А то! И тебя научу. Гляди вон, – Сигурт махнул рукой на домик ниже по склону, – Эдвин брюхо свое на улицу вывалил и следит, как благоверная белье вешает. Значит, все, дождю уж до вечера не быть.

* * *

Приятели вышли на виноградники, где кусты ломились от ягод, изнеженных теплом летнего солнца; прошлись вдоль каменных стенок, подпирающих террасы и спустились по узкой тропинке к берегам Хрустального озера.

По прибрежной дорожке приятели неспеша добрались до окраины Дюли, где деревенские домики стояли в ряд, прижавшись друг к другу, как замерзшие воробьи на ветке. Людей на улицах встретилось мало, но всякий, кто проходил мимо непременно справлялся у приятелей о том, куда это они путь держат. Сигурт, пребывая в хорошем настроении, каждый раз отвечал по-разному.

Приятели заглянули к почтальону, а затем отправились на другой конец деревни, где жил Упилий.