Воспитанник Шао. Том 2. Книга судеб

Швенд постепенно успокоился, невесело протянул:

– История выводит интересную закономерность:

Германия тогда великая, когда Россией правят бездари.

– И наоборот, – не к месту, с веселой иронией резюмировал второй старик. – Германии еще долго процветать. В этом веке в России не предвидится интеллектуальное правительство. Или хотя бы порядочное большинство в советниках. Большевики практикуют равенство, серость, лицемерие. Таланты отставляются на последние места. Преданность начальнику прежде всего. В свое время мы тоже с этого начали и плохо кончили.

– Ну и что. Слава господу нашему, что хоть все так происходит, – резко перебил Швенд. – Он-то хоть к Германии благоволит, – повернулся к Мюллеру, – но ты, я думаю, не за этим сюда приплелся, чтобы выматывать из меня остаток оптимизма.

Экс-гестаповец подвинулся ближе к огню.

– Босс, не знаю, как начать. – Начни проще.

– Американцы конфиденциально просят помочь убрать одного русского.

Швенд нейтрально молчал. Кисло смотрел на слабеющий огонек в камине.

– Кто американцы?

– Руководство спецслужб.

– Конкретней.

– Полковник Динстон.

Шеф недовольно поморщился.

– Если б ты знал, дорогой мой кат, как я им не верю. Не могу верить при всем моем желании. Янки от того и богаты, что всех оставляют в дураках.

– Они платят, – очень осторожно вставил Мюллер. – И платят очень хорошо.

– Что мне их деньги. И тебе зачем они? Я сам этого дурачка полковника могу сто раз купить со всеми потрохами и столько же раз продать. У нас имеется досье на этого потрепанного ястреба с пришитыми крыльями.

Мюллер неловко похрустел старческими косточками.

– Ему свои мешают. Да и мы лучше ориентируемся в здешней местности.

– Если мешают, значит, янки со своей сапожной головой не ту ноту тянет. Или вы уже, дорогой группен-фюрер, в политике такой же профан, как и горластый Динстон.

– Какое нам дело, с какой скрипкой сидит американец. Главное, что нам на руку его предложение.

– С какой стати на руку?

– Отбрасывание коммунизма подальше на восток.

– Ты что, дебил? Какой восток? Какой коммунизм? Вспомни, где живешь. Не морочь мне голову. Ступай прочь.

Но хитрый Мюллер не уходил. Выждал время, пока Швенд снова успокоится.

– Заскучал я. Хочу тряхнуть стариной. Ребята просят работы покруче. Засиделись.