Из рук врага

– Сволочи вы… – надулся Стерх и тут же указал пальцем: – Мне вон ту и во-о-о-он ту, с волосами до колен!

– А вы выбрали, уважаемый мастер Охотник? – склонился к Мике управленец.

Однако Гуурака не стал устраивать шоу и прошептал что-то Кхазиру на ухо, как всегда держа взгляд так, что невозможно было понять, на кого он смотрит.

– Мастер Алессо, будете пользоваться вашим правом или вам достаточно вашей учёной спутницы? – Как мне показалось, в голосе мужика была скорее растерянность, чем осуждение. – Извините, но если вы предпочитаете… высокие способы наслаждения разума вместо плоти, то тут я бессилен.

Я выдохнул, обвёл взглядом «ассортимент» и указал на одну из юных женщин: больше двух лет воздержания, особенно когда рядом в постели лежит совершенно голая и довольно красивая эльфийка, – это, как ни крути, перебор. Я бы разбавил «высокие способы наслаждения разума» тем же борделем, но… Имперцы, и Плуг, и Стерх не видели ничего дурного в смеси запахов мускуса, пота и того… гм, того, что поэтично называют «соками любви», а меня от запаха начало воротить! Опять же, жуки в палец длиной и с во-о-от такими жвалами, может, и ловят термитов и жрут личинок шершней (или ещё какой полосатой хрени с жалом, этой гадости в портах полно – на экваторе с насекомыми была целая проблема), но имеют дурную привычку падать с потолка на голову и спину.

Ну и когда волосы вычищаются, вспоминаешь, сколько микроскопической гадости могли занести «пользователи», «работающие» без всякой защиты – ручки дверей московских общественных туалетов отдыхают… Ч-чёртово Средневековье! Хоть мыло варить умеют, и то спасибо. А что касается Эль…

Мы лежим в тени под кустами орешника в долинке-«Эдеме» – я как раз попытался объяснить, почему так странно уже некоторое время реагирую на то, когда Эль ко мне подходит, а я – обнажён: отворачиваюсь, приседаю… гм. Эльфийка совершенно не стесняется своего тела и единственного зрителя. Впрочем, по правде сказать, стесняться нечего: всё в норме, и, несмотря на скорее малый, чем средний размер, в норме идеальной!

– Ты ничего не чувствуешь… такого, когда я касаюсь твоей груди? Я заметил – твои соски не реагируют ни на тепло, ни на холод, ни на касания… Так и должно быть?

– Моя половая система была заблокирована и сейчас находится в дисфункциональном режиме.

 – Подумав почти минуту, Эль всё-таки собрала предложение из русских слов. – Требуется специальный фитофактор…

– …которого здесь, разумеется, нет, – продолжаю я фразу.