Плевать мне на игру. Топ три

Облачённые в чёрные плащи осквернители привели Эльдмана к большому зданию, которое высокими витражными окнами напоминало католическую церковь. Внутри неё царила столь густая тьма, что даже покрытые зелёной пеленой глаза не могли рассмотреть, что она скрывала. На первый взгляд церковь была совершенно пуста, но отовсюду доносились странные шорохи и пощёлкивания. Преодолев длинный зал с деревянными скамейками, двое пастухов бросили Эльдмана к покрытой таинственными рунами каменной плите. Руны замерцали зелёным свечением, и Эльдман ощутил, как неведомая сила заставила его воспарить над полом.

«Древний судья Архинист 37 ур. ОЗ – 11 т.»

– В чём обвиняется эта нежить? – медленно, словно пережёвывая каждое слово, спросил судья и протянул пастухам неестественно длинную конечность.

Те покорно поклонились ему и преподнесли в дар несколько живых кроликов. Судья Архинист с большой радостью принял дар и тут же закинул одного кролика в омерзительную пасть, а другого бросил во мрак за своей спиной. Из темноты донеслось громкое копошение и чавканье.

– Этот прохвост, – указал на Эльдмана один из пастухов, – проник на ферму кровавого лорда Зирота и убил одну из его женщин. Имеется в виду живую.

– Она больших денег стоила, двести тысяч, – добавил второй.

Эльдман с осуждением посмотрел на обвиняющую сторону, ведь он прекрасно слышал, во сколько они оценивали женщину в амбаре. Однако сказать ничего не решился, он прекрасно знал, как работает судейская система. Да и кроликов при себе не было.

«Ну вот, – подумал он. – Не успел выйти сухим из истории с чёрным драконом, как вновь оказался по шею в дерьме. Подумать только, двести тысяч! Да я за неделю всего пятьсот монет насобирал».

– Как это произошло? – поинтересовался судья, двигая мерзким членистообразным ртом, из которого выпадали остатки кролика.

– Ну, это, – замешкался пастух. – Мы обходили территорию, как из амбара донёсся крик. Прибежали на него, а там вот этот вцепился женщине в глотку и жуёт её. Мы попытались его схватить, а он как давай мечом махать, еле повалили на землю. Понимая, что за человечину придётся платить, хитрец пытался сойти за пустого. Но мы сразу его раскусили и приволокли к вам на честный суд.