Приговорён к свободе

Сразу после меня на землю спрыгнул капитан.

Огромные ворота тюрьмы медленно открывались, выпуская целый отряд гвардейцев в ночной мир.

– Кладбище на юго-востоке, – отрезал Август, замыкая длинную процессию, к которой теперь присоединились ещё трое наших, охранявших вход. Запыхавшись и задыхаясь от быстрого бега, Чародейка докладывала Августу самое главная. Вторая банда вышла из тюрьмы почти сразу после того, как мы оказались внутри. И если они поторопились, то уже рыскают по кладбищу в поисках драгоценностей.

– Чёрт. Они раньше нас получили данные! – яростно выплюнул босс. – У нас мало времени. Поторопитесь!

Я немного похрамывала – подвернула ногу, когда спрыгивала на землю, но продолжала цепко держать за ледяную руку девятого заключённого. Пока всем было не до этого, даже мне, хотя я безмолвно была назначена ответственной за парня.

– Куда мы бежим? – решился спросить тот, часто дыша.

– На кладбище, – ответила я. Надеюсь, он расслышал.

– Зачем? – спросил он через некоторое время, не отставая от меня ни на сантиметр. Я оставила его вопрос без ответа. Наверное, тот подумал, что я не расслышала, и повторил то же самое ещё раз.

– Орфей, замолчи! – рыкнула я. Он как-то странно дёрнулся, когда я назвала его так. Отвык за эти месяцы от своего прозвища? Вполне возможно.

Да, именно на него Август уставился, когда заметил на табличке знакомое имя, которое помнил по поддельным документам парня.

Мне он всегда был кем-то вроде брата. Братьев у меня в семье было четверо. Может, теперь уже пятеро, не знаю – когда я сбежала из дома, мама была беременна. В любом случае, Орфей был другим.

Просто другим, и этим всё сказано.

Он всегда был более чистым, чем остальные. Хорош в дисциплинах, ловок, стремителен, но при этом романтичен и светел.

Кто будет нырять на дно, чтобы обыскать затонувший корабль? Кто пойдёт на фестиваль, чтобы купить несколько коробок верёвки? А кто пройдёт через лес и выйдет к морю, чтобы проверить, сможет ли корабль причалить к берегу с другой стороны? Конечно, это будет Орфей.