Приговорён к свободе

Я не могу дать кому-то столько информации. Недостаточно доверительные у нас отношения, знаешь ли.

– Попытка номер три, – Тереза закатила глаза. – Представь, что ты до сих пор в тюрьме, а выбраться нет возможности. Или тебя, например, уже повесили. Всё. Капитана нет. Команда в опасности. Деньги заканчиваются, работать твои люди не могут. Другие группировки или пытаются грабить ваш корабль, или рассказывают всем о его падении, так что все связи обрываются. Назначается временный капитан, но он не может справиться со всем этим ужасом.

– И что ты предлагаешь? – спросил я, снова обратив взгляд к морю. Никогда не думал об этом в таком ключе.

– Как тебе моя кандидатура? – я поперхнулся горячим шоколадом и поражённо уставился на Терезу.

– Ты издеваешься?

– Отчего же? Я вполне серьёзно, – она слабо улыбнулась.

– Ты хоть представляешь, что это такое? Если хочешь быть преемником, тебе придётся, во-первых, вступить в банду, а потом, когда я объявлю эту новость, пережить все насмешки, издевательства, многочисленных ненавистников и колкие взгляды, обращённые в твою сторону.

– А если я согласна на всё это?

– Несмотря на все наши разговоры, у тебя на управление бандой шансов примерно столько же, сколько у гвардейца, которого я вырубил, сбегая из темницы.

– Это почему ещё?

– Просто ты в моём списке доверия…. Где-то между тем самым гвардейцем и кухонным тараканом, – усмехнулся я.

– Ну, спасибо… – мне показалось, она не только сильно расстроилась, но ещё и разозлилась.

– Обращайся, – а моё настроение стремительно взлетело вверх по планке, когда вдалеке, у самого горизонта, но в зоне видимости, я увидел знакомые светлые паруса, способные выдержать даже самую сильную бурю. Тереза проследила за моим взглядом, заметив, как изменилось моё выражение лица.

– Наверное, нам пора прощаться, – правильно истолковала она мой взгляд.

– Да. Ты совершенно права, – я искренне улыбнулся и встал на ноги, в последний раз взглянув на девушку и проводив её взглядом до мотоцикла.

Нарцисса

– Капитан! Август! – мы окружили его, как дети окружают родителей, вернувшихся из долгой поездки. А он, несмотря на наши опасения, улыбался.