Приговорён к свободе

У Анны отличные и ужасно полезные связи. Я осталась ни с чем. На улице, почти без денег и жилья, – Хельга старалась держаться достойно, но я видел, как сильно она сжимает чашку и как побледнело её лицо.

– Ладно. Оставайся у меня, – вынес вердикт я. Хельга расплылась в поражённой, но благодарной улыбке. В конце концов, плохо от этого никому не будет. Пусть живёт себе в свободной комнате, найдёт работу… Так мы и стали жить в одной квартире. Несмотря на это, Хельга оставалась всё той же весёлой, амбициозной и привыкшей к роскоши девушкой.

А сейчас она, наверное, впервые говорила со мной о чём-то настоящем.

– И в этом сне… Он был такой яркий, что я сначала даже не поняла, что сплю, – я старался не показывать своего удивления, но всё же глядел на неё с неподдельным интересом. – Сначала я почувствовала себя как-то необычно. Будто изменилось всё вокруг меня, и даже я сама. Комнату я видела впервые. Вытянула руку, попыталась встать, а чувство неуверенности и неправильности всего происходящего не покидало меня.

Потом я увидела зеркало. Такое… старое зеркало, какие бывают в страшных фильмах. И я поняла, почему чувствовала себя так странно.

– Почему же? – спросил я, когда её молчание затянулось.

– В нём отражалась не я, – Хельга покачала головой. – Из зеркала на меня смотрела какая-то страшная старуха с чёрными волосами, как будто настоящими, без единого проблеска седины. Моим был только взгляд – испуганный и растерянный. Взгляд мой, глаза – нет. У этой старушки были поистине ужасные глаза.

Поэтому я не удивилась, когда на улице от меня стали шарахаться все прохожие.

Несколько секунд Хельга молчала, глядя куда-то за моё левое плечо, а потом продолжила, сделав ещё глоток кофе.

– А знаешь, зачем я пошла туда? Я хотела найти что-то, что принадлежало мне. Почему-то казалось, что если я найду плащ, который мне подарила мама много лет назад, то всё встанет на свои места.

– И где ты искала этот плащ?

– Я просто брела по городу, куда глаза глядят, но один прохожий с горящими голубыми глазами всё-таки помог мне.

И показал на чёрные чугунные ворота, спрятанные в тени древнего сломанного фонтана. Ворота были закрыты, но бесшумно распахнулись передо мной. Слишком тихо, и эта гнетущая тишина пугала. Но я вошла внутрь, потому что хотела вернуть всё на свои места.

Хельга перебирала руками, как делала всегда, когда волновалась.

– Это место оказалось кладбищем. А ноги несли меня в самый конец зала.