Растворяясь в ярком свете

Он салютует им в ответ, и одна девчушка останавливается и продолжает махать, пока подружки силой не уводят ее за собой.

Я плюхаюсь обратно в кресло.

– Ну и кто это – твоя девушка?

– Ага, бывшая. Но мы расстались друзьями. – Он поднимает свою сумку с масками. – Как, кстати, зовут твою тетю?

– Синтия Фриман.

– Синтия? В самом деле?

Подняв глаза, я замечаю, что он пристально меня рассматривает.

– Чего уставился?

– Просто ты ничуть на нее не похожа. Синтия всегда приветливая. – Усмехнувшись, он шагает прочь, прежде чем я успеваю придумать, что бы такое сказать в ответ.

Откидываюсь на спинку так и не отрегулированного кресла и, устремив взгляд к горизонту, принимаюсь наблюдать за пляшущими на волнах лодками в отдалении. Делаю несколько глубоких вдохов. Этот красивый, хоть сейчас на открытку помещай, вид должен помочь мне успокоиться. Прийти на пляж оказалось верным решением. Возможно, именно этого мне и недоставало.

И тут же возвращаюсь туда. В кабинет доктора Голда.

Он сидит на стуле напротив меня, сжимая в руке конверт.

Мой конверт.

– Эбби, у меня есть всего одна печатная копия твоих результатов, – говорит он. – Они не занесены в компьютер. Только тебе решать, как воспользоваться этой информацией.

Я резко открываю глаза, почувствовав, что тетушкин буррито просится прочь из желудка, а дыхание участилось и сделалось поверхностным.

Если хорошенько поразмыслить, возможно, мне не помешает немного подвигаться. Целительную силу созерцательного отдыха явно переоценивают.

Я шагаю к берегу, где меня приветствует пенная волна, лижущая лодыжки. Вода такая холодная, что даже белые медведи, вероятно, снялись бы с места в поисках климата потеплее, но как только волна отступает, мне уже не терпится, чтобы она вернулась.

Захожу в море по колено, морщась при каждом шаге, но заставляю себя двигаться дальше, до тех пор, пока, наконец, не окунаюсь целиком. Потом я ныряю и проплываю под качающимся на волнах первым рядом буйков.

Когда моя голова появляется над поверхностью, я ловлю взгляд того парня, Бена. На сей раз он занят не инспектированием пляжных кресел, а привязыванием небольшой лодки.

– Осторожнее, – кричит он мне, все еще усмехаясь.