Мастер печатей

 – Кинжал хорош для того, у кого он есть, и плохо тому, у кого его не окажется в нужное время… – Нэко тяжело вздохнул. – Ты пока даже не представляешь, что за чудовища водятся на теневой стороне.

Источник у псикота оказался очень мощный, любой Гранд, увидев такой, просто удавится от зависти! А еще он неоднородный и переливается, как мыльный пузырь разными цветами. У людей таких не бывает.

Маленькая капелька биотика падает на ладонь, превращаю биотик в хранилище данных и перевожу в него образ печати, добавляю к хранилищу информации необходимые компоненты для связи с источником, капелька проходит сквозь мех кошака и впитывается в тело.

– Удачно встала! – Нэко прислушивается к себе и благодарно кивает головой. – Теперь можно даже и на комола поохотиться, а паукаров вообще буду пачками валить, – довольно муркнул Шесемтет. – Ты, когда подрастешь, себе такую печать тоже можешь поставить, для людей она бесполезна, но тебе подойдет, ты исключение. Эту печать еще мой прапрадедушка разработал, а дедушка потом сильно улучшил.

* * *

В Доме Атеев у меня были персональные учителя. Каждый учитель согласовывал программу обучения с лордом Дома ар Тарусом и с его советником мэтром Гироном. Программа могла меняться в зависимости от моих успехов или неуспехов. Все время жизни в Доме я либо учился, либо тренировался. В свободное от учебы время я учился с особым усердием, поскольку тогда моим учителем становилась мама. Школа? О школе знаю лишь понаслышке, со сверстниками не общался.

Тетя Октавия утверждает, что окончить школу Аквинка необходимо. Аттестат этой школы что-то вроде знака принадлежности к элите империи. Пролистываю учебники Августы, которая сейчас находится на последнем году обучения, и прихожу к выводу, что в школе мне делать нечего. Есть несколько предметов, которые я не изучал, поскольку мне они совершенно не нужны. Зачем мне, например, история литературы или история музыки? Или актерское мастерство? А теория карточных игр и вовсе ни в какие ворота не лезет! Есть и совсем курьезные предметы, такие как «Обычаи и семейные традиции аристо благородных Домов».

И еще эта дурацкая школьная форма! Как пояснила Октавия, форма нужна для того, чтобы сгладить сословные различия между учениками.