Зомбосвят

Павел, который в последний раз ездил на подобном транспорте в далеком детстве, не сразу совладал с техникой, и пару раз едва не упал. Костя держался в седле уверенно, успевая глядеть на дорогу и подшучивать над неуклюжим приятелем. Но старые навыки быстро вспомнились, и вот уже они катили по дороге рядом, все больше отдаляясь от Цитадели. На востоке медленно разгоралось алое зарево грядущего рассвета. Ночная тьма начала отступать, видимость улучшилась, и ребята позволили себе прибавить скорость, не опасаясь того, что во мраке колесо велосипеда провалится в какую-нибудь бездонную яму, коими отечественные дороги славились на весь мир еще до конца света.

Через час, когда рассвело окончательно, а Цитадель скрылась из виду, оставшись далеко позади, они съехали с дороги и расположились на привал на краю лесополосы. Обоим не терпелось выяснить, чем набиты их рюкзаки. Здесь можно было не опасаться мертвецов. Вся местность вокруг Цитадели была основательно зачищена поисковыми группами, которые планомерно истребляли всех встречных зомби.

Да и населенных пунктов поблизости не было, а мертвецы, в массе своей, околачивались именно в них.

Уложив велосипеды на землю, а оружие подле себя, они расположились на сухом стволе упавшего дерева, и раскрыли каждый свой рюкзак. Павел, едва только сунув руку внутрь, тут же уперся пальцами во что-то металлическое и холодное. Он вцепился в добычу, и вытащил ее на свет божий. Вытащил, и не поверил своим глазам. Его дрожащая от волнения рука сжимала настоящее сокровище – банку тушенки.

– Матерь божья! – простонал Костя, извлекая из своего рюкзака аналогичный трофей. – Тушенка, брат! Тушенка!

– Я уже успел забыть, какова она на вкус, – признался Павел, чувствуя, как рот наполняется слюной.

– Я уже успел забыть, как она выглядит! – сообщил Костя, любуясь банкой со всех сторон, и находя ее эстетически прекрасной.

Не сговариваясь, они дружно ухватили свои рюкзаки за днища, и вывалили на сухую траву все их содержимое. Да уж, князь, отправляя их на задание, не поскупился.

Консервов и сухарей было столько, что у ребят разбежались глаза. В Цитадели им приходилось питаться кашами да супами, и от навалившего изобилия обоим сделалось немного дурно. Даже не верилось, что все это богатство принадлежит именно им.

Слегка растерявшись, они долго не могли решить, чем бы позавтракать. Хотелось съесть все и сразу. Затем, взяв себя в руки, они вскрыли две банки с тушенкой, разорвали пачку сухариков, и приступили к трапезе.