Зомбосвят

Оба и так догадывались, где завершится их ночная прогулка. А потому оба сильно удивились, когда гвардеец доставил их не к парадному входу в теремок радости, а к дверям какого-то невзрачного домика. Боец остановился, поднял руку и постучал в дверь. Спустя какое-то время та приоткрылась, и в щели, сквозь которую наружу хлынул красноватый свет керосинки, появилась физиономия еще одного гвардейца. Тот быстро осмотрел всех троих, после чего распахнул дверь шире, предлагая входить. Павел и Костя проследовали внутрь, их сопровождающий вошел последним, прикрыл за собой дверь и задвинул массивный деревянный засов.

Домик был крошечный, состоящий из одного помещения. Строение явно не было жилым. Вдоль стен стояли деревянные ящики, металлические бочки, штабелями лежали набитые чем-то мешки. В центре помещения высился стол, а за тем столом кто-то сидел. Расположился он так, что оставался в тени – свет керосинки на него не падал.

Гвардейцы встали у входной двери. Один из них сделал Павлу знак подойти к столу.

Когда они остановились напротив стола, человек, сидящий за ним на стуле, подался вперед, и вынырнул из скрывающей его тени. Приятели вздрогнули от неожиданности. Перед ними предстал сам князь.

– Вечер добрый, – произнес Цент.

Павел и Костя ответили на приветствие. Оба не понимали, что происходит, и все это здорово пугало их. С одной стороны, конечно, обнадеживало, что их не доставили в теремок радости, но с другой стороны оба ясно осознавали, что они еще могут оказаться в пыточном заведении.

Заметив, что гости напуганы, князь добродушно произнес:

– Да не бойтесь вы. Все нормально. Вот, присаживайтесь.

И указал на скамью, что стояла справа от стола. Павел и Костя устроились на ней, со страхом и любопытством взирая на огромную и свирепую фигуру лидера нации.

– Вот что, ребята, – заговорил Цент, – я мужик простой, а потому привык приступать к делу без предварительных ласк.

– Да нет, мы не в том смысле, – быстро заговорил Павел. – Мы не против работы. Просто….

– Просто работа работе рознь, – с усмешкой произнес Цент. – Да ладно, мы сейчас в неофициальной обстановке, можете говорить прямо. Все я понимаю. Раствор месить да картошку копать, это не предел мечтаний.