Зомбосвят

Тут нерушимый закон подлости дал о себе знать, и в лодке сразу открылось два десятка течей. Не успели мореплаватели опомниться, как их суденышко пошло на дно, а сами они оказались в холодной воде. Ситуацию усугубило еще и то, что все были тепло и тяжело одеты, увешаны оружием и личными вещами. Костя оказался единственным, кто еще в лодке успел сбросить с себя куртку, оставшись в одном легком свитере. Это и спасло ему жизнь. Потому что до берега сумел доплыть он один. А все его товарищи, отягощенные намокшей одеждой, навечно остались в той злополучной реке.

В общем, всякий раз оказывалось так, что из всего коллектива выживал один Костя. У Павла на языке так и вертелся вывод, что его напарник приносит другим людям несчастья, сам каждый раз выходя из них невредимым. Но он, конечно же, не озвучил это. Нельзя говорить такие вещи человеку, которого, в скорой перспективе, видишь своим другом. К тому же, Павел не верил в подобную чушь. То, что Костя пережил несколько групп, к которым примыкал, не говорило о лежащем на нем проклятии.

За время зомби-апокалипсиса с разными людьми происходили самые удивительные вещи. Демонстрировались как случаи феноменального везения, так и конкретной невезухи. И все это, при хладнокровном анализе, вполне объяснялось обычной случайностью. Не стоило искать чертовщину там, где ее не было, благо всякой чертовщины в мире нынче хватало и без того.

Костя, тем временем, опять пристал к прыщавому мужчинке, и стал выпытывать у того, пробовал ли он выбиться в люди, и если да, то как и сколько раз.

Но собеседник ему попался неразговорчивый. Отвечал он неохотно и часто невпопад, всячески демонстрируя всем своим видом, что не желает вести данную беседу. А при первой возможности и вовсе отошел подальше, чтобы прервать затянувшийся и безрезультатный допрос.

– Странный какой-то, – сделал вывод Костя, провожая угрюмого молчуна неодобрительным взглядом.

– Может, у него что-то случилось? – предположил Павел. – Горе какое-нибудь стряслось, или вроде того.

– Тут у всех горе стряслось, – заметил Костя, и ссыпал в тачку горсть картофельных клубней.

Встав с корточек и отряхнув с ладоней землю, он решительно произнес:

– Соберем чертов урожай, и пойдем к этому Андрею! Я до старости в рабах ходить не собираюсь. Или пусть дает нормальную работу, или я свалю отсюда.

Павел вздрогнул. Его откровенно напугало намерение товарища покинуть Цитадель.

– Ты серьезно? – осторожно спросил он.

Тот утвердительно кивнул головой.