Влад Хельсинг

Полными ужаса глазами он смотрел на старую колокольню, что возвышалась над деревьями по ту сторону ложбины. В предзакатный час, на фоне затянувших небо туч, она выглядела зловещей башней, с вершины которой темные силы высматривают себе двуногую поживу.

И вновь Владика охватило страстное желание развернуть оглобли. В конце концов, ну поколотит его Цент, не получив ночью свой чай, и что с того? В первый раз, что ли? В какой-то степени Владик уже привык получать тумаки и выслушивать в свой адрес поток несправедливой критики и речей, унижающих его честь и достоинство.

Ни ругань, ни подзатыльники не сведут его в могилу.

Но тут программист с ужасом подумал, что одними подзатыльниками Цент может не ограничиться. Он ведь может сделать еще кое-что. Например, отправить его за водой среди ночи. И уж эта ночная прогулка станет путешествием в один конец. Даже если темные силы и не устроят на него засаду, он помрет сам, без их вмешательства, просто от страха. Будет проходить мимо зарослей лопуха, а те как зашуршат на ветру, как зашуршат….

И все, конец. Разрыв кишечника гарантирован. Так что лучше бы ему набрать воды сейчас, пока еще светло и у него есть хоть какой-то шанс на выживание.

Владик добрался до склона, сбросил вниз обе канистры и стал спускаться в ложбину по земляным ступеням. Эти ступени Владик прорыл собственноручно, дабы облегчить себе спуск и подъем. Без них восхождение по крутому скользкому склону, да еще с двумя канистрами воды, превращалось в крестную муку.

Он преодолел ступени, и оказался в ложбине, густо заросшей деревьями.

Под ногами хлюпала вода – сюда, в низину, она стекала со всех окрестных возвышенностей. Будь дождь сильнее, и ложбину затопило бы полностью.

Подобрав канистры, Владик побрел по протоптанной им тропинке к роднику. По сторонам старался не смотреть, потому что стоило поднять взгляд, как за каждым деревом ему тут же начинали мерещиться зловещие темные силуэты. Владик попытался выкинуть из головы все мысли о чертовщине, и подумать о чем-нибудь приятном.

Попытался, и не сумел. Ничего приятного в его жизни не осталось. Раньше были хотя бы компьютерные игры, а теперь только страх, ужас и Цент.

Родник представлял собой глубокую чашу, образованную врытым в землю чугунным котлом с отколотым днищем. Один край котла был сколот, и через тот пролом вода из чаши вытекала наружу. Родник был довольно бодрый, и как бы быстро Владик ни черпал из него воду, ему ни разу не удалось осушить котел полностью.