Подземелье ужасов

 – Владик, неси пилу! Неси топор! Неси секатор!

– Спасите! – вопила девушка.

– Поздно думать о спасении, – огорчил ее Цент. – Заботилась бы о спасении души, не стала бы жрать мою тушенку.

В этот момент Цент заметил в роще свет фонариков. Кто-то приближался к ним. Не выпуская волосы пленницы, он потащил из кобуры пистолет.

– А вот и подельники ваши пожаловали! – расплылся он в людоедской ухмылке. – Вот тут-то я вас всех оптом и умучаю.

Первой на берег выскочила тетя Лена с пистолетом в руке.

– Отпусти ее! – визгливо закричала она.

Выстрела Владик не услышал – Машка залегла довольно далеко, и хор голосов заглушил его. Зато увидел результат. Женщину, которая наставила на Цента пистолет, отбросило назад, и она рухнула на песок. Владик видел капли крови и осколки черепа, разлетевшиеся в стороны от ее головы.

Остальные члены группы, как раз пожаловавшие на берег, в страхе остановились.

– Стволы на землю, руки кверху, – хриплым уголовным голосом приказал им Цент, поигрывая пистолетом.

И он указал пистолетом на труп женщины.

– У меня четыре снайпера в засаде, – добавил Цент. – А у пятого базука. Скоро подъедут шестой и седьмой, у них вообще миномет. Стволы на землю, гады! Повторять не буду.

Оружие упало на песок, а руки поднялись к звездному небу. Цент довольно улыбнулся, пройдясь взглядом по злостным расхитителям чужих припасов. Старый хрыч, парень с девкой, оба тощие и трусливые.

Еще одна расхитительница припасов валялась на песке и медленно остывала. Машка в кой-то веки выстрелила на пять с плюсом, попав отменно, в голову. Хорошо бы девка наловчилась стрелять так же метко всегда, а не раз в месяц.

Стоило вспомнить о ней, как Машка появилась сама.

– Кого я убила? – выспрашивала она. – Мертвеца? Разбойника?

– Ты убила тетю Лену! – завопила Катя, которую Цент продолжал держать за шевелюру.

Машка увидела свою добычу, и винтовка выпала из ее рук. По щекам покатились слезы раскаяния.

– Я не хотела! – закричала она. – Боже! Я думала, она пытается убить моих друзей.

– Она и пыталась, – сообщил Цент. – Ты все правильно сделала, тебе не в чем себя винить. Очкарик!

– Да! – подпрыгнул Владик.

– А вот ты виновен, не забывай об этом.