Секреты Формико

– Я бы с удовольствием, шеф, да где взять эту ниточку, вот в чем вопрос?

Рабиозо выдвинул ящик стола, достал оттуда плитку шоколада и зашелестел оберткой. Минут пять он с задумчивым сосредоточенным видом расправлялся со сладостью, потом его вдруг осенило:

– Фалсо, а не ударить ли нам сейчас по замку Ариозо, как думаешь?

– Да, было бы кстати. У них там сейчас тишь да гладь и бойцов не больше половины, остальные разбрелись, выполняя порученные им задания.

– Ты, как расцениваешь свои силы? Cможешь незаметно провести отряд через тот проклятый перевал? Как его?

– Мурмури.

– Да-да, Мурмури! Будь он не ладен!

– Это сделать будет трудновато, шеф. Перевал надежно охраняется часовыми, но попытаться можно, – задумчиво ответил Фалсо, изящным движением руки стряхивая пепел с дорогой сигары, которой его угостил шеф полиции.

– Ну и ладненько. Иди, дорогой, отдыхай, скоро мы предпримем «увеселительную прогулку» в горы и устроим там с помощью батальона горных стрелков повстанцам грандиозный «пикничок»! Жаль, что ты упустил сыночка Криса и никого не знаешь из подполья в Бельканто, а то бы мы позабавились заодно и тут! Устроили бы им небольшую облаву!

– Шеф, я боялся себя раскрыть, а этот идиот, жирный полицейский, упустил момент и не смог догнать шустрого мальчишку.

– Ну, хорошо, иди, иди, голубчик! – усаживаясь за старое пианино, отмахнулся от любимого агента погруженный в себя Рабиозо. Вероятно, у него в голове неожиданно зародился очередной коварный замысел или посетила гениальная идея.

 – Да, кстати, там, на столе забери свои денежки. Заслужил, заслужил…

Начальник тайной полиции Рабиозо в прошлом был превосходным музыкантом и играл на рояле в столичном симфоническом оркестре. Он был единственным ребенком в семье и с детства вырос избалованным и засюсюканным родителями, бабушками и няньками. Человеком он был тщеславным и себялюбивым, его постоянно мучила черная зависть, ему не давали покоя чужие успехи и слава.

Он терял аппетит, его мучила бессонница, все валилось из рук, солнечная погода не радовала. Дошло до того, что Рабиозо как-то не выдержал и подпилил своим товарищам струны на музыкальных инструментах, чтобы они не смогли удачно выступить на музыкальном конкурсе. И каждый раз, не подавая вида, в тайне злорадствовал при неудачах друзей.

Он и его друг-скрипач были влюблены в одну и ту же девушку, игравшую в оркестре на арфе.