Звездный странник – 6. Океан

 – Мы же – люди! Не звери, не первобытные обезьяны! В нас же должно быть что-то человеческое! Что отличает нас от всех остальных животных?! Иначе какие-же мы люди?!

Она растерянно смотрела на него.

– Так добей его, чтож с живого?! – воскликнул Сергей, не в силах выдержать разумный детский взгляд животного, полного боли и мольбы.

– Нельзя, – отрицательно покачала головой сирена. – В том-то все и дело – вырезать надо у живого. Иначе не так вкусно будет. И не так полезно.

Сергей только закатил глаза, не зная, что и сказать.

– Да испокон веков так было! – тоже вдруг закричала она и ее грудной низкий голос громогласным эхом разнесся по всем уголкам ее жилища.

Сергей невольно отпустил ее руку.

– Не от нас это зависит, – буркнула она, продолжая легко распарывать брюхо, но так, чтобы не повредить кровеносные сосуды, поэтому крови на столе было мало. – Так ведь было во веки веков.

– Но ему же больно? – попробовал возразить он.

– Ну и что? А так ведь мясо потеряет свою ценность! – снова не удержалась сирена, повышая голос.

 – У меня здесь что – аптека, склад полезных витаминов?! – Она вопросительно посмотрела на Сергея, невольно нависнув над ним и сжимая в руке нож. – Нет у меня такого склада! Ты пойми своими мозгами, в конце-концов! Мой склад – вот он! – решительно ткнула она в тюленя. – Больше мне взять все это не откуда!

Сергей только отвернулся.

– Я смотрю, хорошая у вас жизнь, в твоих краях, – скривилась она, вонзая нож, и визг животного больно ударил по ушам, и еще больнее – по сердцу.

И Сергей поспешил скрыться на пирсе.

7.

Он сел на крепительный кнехт. Невольно схватился руками за голову.

Блин! Во что я влип?! Куда я попал?! Дикое средневековье! Отрезание яичек для своего здоровья. И наверняка – купание в крови где-то совсем рядом!

Сергей напрягся. А мне-то что в этом случае делать?

Вдруг из воды высунулась барракуда. Удивленно посмотрела на него. А может, наоборот, ожидала приказов. Ничего не дождавшись, исчезла в глубине.

А Сергей решил – суровая проза жизни имеет свои законы. И нечего ему тут указывать, как им жить.

Услышал шаги. Сирена. Невольно напрягся, принципиально не оборачиваясь. Сирена замерла в проеме. Молчала. Молчал и он, почему-то съежившись и согнувшись. Сердце его бешено стучало. И как только он осознал это, он тут же резко выпрямился, гордо поднимая голову.

– Ужин готов, – тихо сказала сирена. – Не хочешь тюленя – не ешь. Но питаться все равно ведь надо.