Маяк Старого Галса

Мой черный балахон сделает меня незаметным, а крепкие руки, вооруженные «тигриными лапами», и заветная трубка обеспечат надежную защиту от любого врага и дикого зверя.

В темноте шлюп приблизился к безлюдному берегу и высадил Сан-Сана на песчаной косе. Молодой чучеван распрощался с друзьями и, оказавшись на суше, благодаря своему черному балахону, мгновенно исчез из виду.

В полдень вдали показались очертания Бухты Свиней, пышные пальмы и оранжевые черепичные крыши города Мейби.

– К вечеру, если ветер не изменится, будем уже дома, – сказал морской волк, появляясь на палубе и щурясь от яркого солнца.

– Может, еще парусов добавим? – спросил сидевший за румпелем Торбеллино, которому не терпелось побыстрее увидеть любимую.

– Не стоит, и так идем довольно ходко, – отозвался Галс, закуривая свою черную трубку. – Несемся как безумные, со стороны могут подумать, что за нами гонится по пятам морской дьявол.

– Хорошо, что не нарвались на сторожевые корабли эскадры Гавилана.

– Считай, сынок, что все опасности уже позади, здесь их вряд ли встретим.

Морской волк был прав. Эскадра Черного Адмирала в эти края не заплывала, здесь ей нечего было делать. Ленивые жители Мейби не бунтовали, да и городская пристань отсутствовала, так как судоходства здесь никогда не было.

– Наш гость совсем плох. Бредит, – сообщил юноша, вернувшись из каюты.

– Похоже, до него в крепости никому не было дела. О ране на голове никто не заботился, – сказал старый моряк, попыхивая трубкой.

– Я нисколько не сомневаюсь, дедушка. У нее волшебное доброе сердце и легкие заботливые руки. Она и мертвого на ноги поставит. Помните, как недавно она меня, можно сказать, вырвала из цепких лап смерти?

– Да, если б не она, не гулять тебе, парень по белу свету.

– Это уж точно, – отозвался Торбеллино.

– Сейчас Джой, наверное, торчит с Фидело на маяке: волнуется за нас и высматривает в подзорную трубу на горизонте родной парус.

Глава 8. В бочке во дворец

Фургоны с дубовыми бочками под управлением Канаро, миновав стражу и грохоча колесами по гранитным плитам, въехали на территорию дворца через Северные ворота и остановились у длинного склада. Там в окружении прислуги их уже поджидал высокий дородный мужчина в расшитом камзоле.

Дворецкий, поприветствовав водовоза, распорядился разгрузить фургоны.