Нам нельзя остаться

 – На стол клади, на стол!

Тот судорожно одёрнул руку и едва не выронил колбу из рук. Положив деньги на стол, он стал рассматривать прозрачную жидкость в сосуде.

– Примета плохая, – уточнила я, пробуя на зуб монеты.

Не гигиенично, но ведь и болезни меня тоже побаиваются.

Конечно, дураков, которым взбредёт в голову надуть меня, не находится. Но чего только не случается, нужно быть готовой ко всему!

– Что пьёт твоя жена? – спросила я, покусав все монеты, и потирая ладонью вдруг занывший зуб.

– Молоко, – пожал плечами он.

– Это подойдёт, – пояснила я. – Нагрей для неё две трети кружки, а потом влей туда это снадобье.

– А она не заметит? – забеспокоился он.

– Нет, – ответила я. – У него мягкий и едва уловимый запах и вкус. В разбавленном виде едва ли она чего заподозрит. А если и так, то проследи за тем, что бы она всё же выпила всю кружку.

– Я понял, – заговорщически ответил он.

– Через полчаса ты можешь спрашивать её обо всём, что хочешь узнать, – закончила я.

– Спасибо! – отозвался он, развернулся и зашагал к дверям.

Он снял плащ с крюка и быстро накинул его.

– До свиданья! – сказал гость, открыл дверь и вышел вон.

Дождь кончился, тучи стали рассеиваться. Меня передёрнуло. Не люблю заниматься такими мерзкими делами. Вроде и жить есть на что, а репутацию за деньги не купишь! Вот и приходится помогать всяким недотёпам с их глупостями.

Из-за двери высунулась бледная черноволосая физиономия Зельборна.

– Ушёл? – коротко спросил он.

– Ага, – ответила я.

– Слышал! – довольно отозвался он. – Волнуется человек, переживает.

– Учись! – нахмурилась я и глянула в окно. – Эй! А не пора ли тебе на службу?

– Проклятье! – вскрикнул Зельборн и захлопнул свою дверь.

С минуту он бегал по комнате, что-то бормоча, после чего вышел и зашагал к выходу.

– А обед? – развела руками я.

– Подождёт до ужина! – сказал он, и, поцеловав меня в нос, вышел из дома.

Варево в котле стало выкипать, и я бросилась к нему со всех ног.

Глава 3

“Я даю возможность

и умереть быстро, и жизнь по

достоинству оценить.

Выходит, я целитель”.

Я вышел из дома и глубоко вдохнул. Воздух, такой свежий и чистый – вот главное достоинство дома на самой окраине Гонкоралла. Настроение моё было превосходным, несмотря на то, что мне предстояло очередное убийство.