Звездный странник – 2. Мегаполис

– Н-е-ет, – Закир отрицательно помотал в воздухе рыбьим хвостиком. – Однерочка… она как-то ближе к воде… А у нас возле дома точка одна была… Пиво разливное классное поначалу варили, тем более что без консервантов. А потом они стали туда димедрол забодяживать. Канистру выпил – и отъехал.

– Да, – неопределенно согласился Густав, незаметно пиная своего собеседника под столом – только что увидел входящего начальника группы.

– Шеф, присоединяйтесь, – тут же как ни в чем не бывало предложил Закир, оборачиваясь и неуклюже подвигаясь вместе со стулом.

– Ну а как же проводы Старого года? – улыбнулся Сергей, беря свободный стул и присаживаясь рядом. – Или вы на этот раз обойдетесь без водки?

– Пиво без водки, деньги на ветер, – усмехнулся Закир. – Я шучу, – добавил он поспешно. – Просто, какие проводы без водки? Так, смех один. Год был вроде не очень плох, зачем же нам его обижать? А пиво – это все-таки ритуал, это для удовольствия.

Закир, быстро допив свое пиво, выскользнул из тесной и плохо освещенной комнаты, оставив их вдвоем.

– Не понимаю я нынешней моды пить пиво из бутылки, – неторопливо произнес Густав, подавая Сергею листок бумаги под рыбу. – Никакого удовольствия. То ли дело прозрачный стакан – во-первых, жидкость видна как на ладони, а, значит, удовольствие получаешь не только через вкусовые ощущения, но и через органы зрения.

– Ба, наши мужчины уже пьют! – притворно возмутилась вошедшая Алла, ведя за собой Лану. – И без нас. Фу, как некрасиво!

Девушки были слегка разгоряченные – видно уже где-то у соседей пропустили по стаканчику, а возможно, и не по одному.

Алла небрежно взяла из рук Густава очищенный от шкурки и чешуи кусочек рыбьей спинки.

– Рыба – это моя слабость, – сказала она, скинув ноготком парочку прилипших чешуинок.

– Ну вот… Налетели… Из рук все выхватывают, – проворчал Густав, оглядывая оставшееся на импровизированном столе – одни очистки.

Сергей с сомнением повертел в руках свой еще не начатый и протянул его Лане. Она, помедлив, взяла.

– Обожаю, – произнесла Алла, с наслаждением вгрызаясь ослепительно белыми зубами в еще не успевший как следует подсохнуть кусочек горбуши.