Школа-173. Часть 1

Наверное, он прав, в смятении подумалось Михаилу. Но и вероятность розыгрыша оставалась велика.

– Два дня назад в нашей школе родительское собрание было по этому поводу. Там всем и объявили, – снисходительно продолжил Витек, глядя снизу вверх и в нетерпении переступая кривыми ногами. – Что, твоих там не было?

– Да мы только что приехали из Судака! – честно признался Михаил.

– А-а-а! – насмешливо протянул Витек с плохо скрываемой завистью – одно дело провести все лето на даче под Сокуром, и совсем другое – жаркий Крым, Черное море, горячий песок…

И вот уже первое сентября.

Миша в волнении приближался к новой школе, спускаясь по изрядно разбитому тротуару вниз, к новой школе, где ему предстояло учиться.

Но больше всего он волновался от встречи со всеми своими – и не только с одноклассниками – все-таки целое лето не видел! Успел как-то соскучиться. Но и не со всеми конечно! Кое-кого из класса он бы предпочел вообще не видеть, но это было не в его власти.

Не от него зависело – кого принимать, кого исключать. А жаль! А больше всего он волновался из-за того что увидит Надю Кузьмину.

Новая школа, пока он спускался в лог, хорошо была видна сверху и по форме напоминала букву Н. Не то что 78-я – мощное четырехэтажное здание сталинских времен с высокими потолками – самое высокое здание на Четвертом участке. Правда, затерявшееся среди таких же высоких сосен.

Издалека было видно, что на узкой полоске между школой и большим и глубоким оврагом маленькой речки толпился народ в школьной униформе – парни в темно-синих костюмах, белых рубашках и пионерских ярко-красных галстуках; и девочки – в коричневых платьицах, белых передниках, белых огромных бантах и белых гольфиках.

Миша спустился по разбитым ступенькам, пересек узкую проезжую полоску, которая громко называлась улицей Столетова и, пройдя через низкую калитку, сваренную из водопроводных труб и еще пока не покрашенных, вошел на территорию своей новой школы.

Справа – здание, на торце которого внизу у самой земли крупными толстыми буквами желтой краской было написано – ЧАПАЙ. Слева – земляной пустырь.

Было как-то непривычно. И воротник синего пиджака жал, и красный пионерский галстук тер шею, да и вообще вся школьная форма сидела как-то не так, мешковато. И он стеснялся себя такого. А тут еще и жара… солнце пекло нещадно и, отражаясь от больших окон, неприятно слепило глаза.