История одного круиза

А как же она?! – запоздало ужаснулся он. – Это что же? Я буду дальше жить без нее? Совсем без нее?

Что-то ужасное кольнуло его под сердце. Споткнулся.

– Елки-палки, – невольно вырвалось у него.

Дочка тут как тут. Насторожилась.

– Че, еки-паки, а, папа? – внимательно-внимательно и как-то даже сочувственно посмотрела она на него.

– Ерунда, – ответил он и медленно опустил Аленку на землю, которая тут же растеряла все свои камушки и снова упорно принялась их собирать, но они то и дело выскакивали из пухлых детских пальчиков.

Вадим остывал, ужаснувшись того льда, что коснулся его души. Нагнулся, принялся торопливо помогать дочке.

– Много камушков, – наконец сказал он. – Давай, спрячем часть?

Аленка внимательно посмотрела на папу, крепко держа в кулачках несколько камушков. Глаза ее заискрились. Она неторопливо посмотрела по сторонам. Подошла к ближайшему дереву. Ссыпала камушки у ствола, и принялась присыпать их листвой и мелким мусором.

Вадим стоял рядом. Молчал, наблюдая за дочкой. Сердце обливалось кровью.

И когда с камушками было покончено, Вадим взял дочку за руку.

– Пойдем. – тихо позвал он. – Обратно. Мама нас ждет.

И Аленка с серьезным видом развернулась и неуверенно потопала обратно по аллейке.

Света по-прежнему беззвучно плакала на скамейке.

Вадим сел рядом. Неуклюже обнял ее за плечи.

– Ну не надо, – пробурчал он.

Она дернулась плечами, сбрасывая его руку.

Тихо заплакала Аленка, просясь на руки.

Так вдвоем они и плакали какое-то время. Вадим, как дурак, сидел рядом, молчал, вздыхая и злясь на все на свете.

Наконец перестали плакать.

– Ну и куда теперь? – спросила Света ни к кому не обращаясь. – Самолет еще не скоро. Денег нет. Что будем делать?

Вадим молчал, насупившись, понимая, что с билетами он погорячился, но снова не признавал свою вину.

Света нагнулась.

Достала лак для ногтей. Склеила им билеты.

Глава 2

Жаркое летнее солнце, отражаясь от гладкого бетона пирса, нещадно слепило глаза. Белая махина лайнера нависла над пристанью и узкая лесенка, ведущая на борт, казалась тонкой жиденькой ниткой, уходящей куда-то вверх.

В прохладном настроении они заняли очередь. Вадим поставил чемоданы. Усадил на них Аленку.