Молот и меч. Путь гладиатора

Гортатор, самолично отстегнувший цепи на ногах Кота и Косого перед ужином, ожидал совсем другого исхода. Эти двое должны были поднять ночью шум, якобы предотвратив попытку побега Славиуса с галеры, заодно выместив на нем всю свою злость. За попытку побега начальник нижнего трюма на законном основании отправил бы Славиуса на весла, где тот и закончил бы свой путь через год другой.

Легионеры и матросы собрались на мостике кормовой рубки и наблюдали за происходящим сверху. Жизнь на море однообразна, а тут перед их глазами разворачивался настоящий спектакль.

Всем была безразлична судьба малолетнего раба и они раззадоривали и без того обозленного гортатора:

– Всыпь ему как следует, старина! Сдери с него кожу своим бичом.

– Сбрось его в трюм, и если он не сломает шею, я выставлю пинту вина.

Бешенству гортатора достигло предела, и он крикнул своим подчиненным:

– Откройте люк! Скиньте этого мерзавца вниз, если не сломает себе шею, сгниет там заживо. Уж я об этом позабочусь.

С рубки спустился ветеран-легионер, тот самый, что иногда разговаривал со Славиусом, и подошел к гортатору.

– Ты не сделаешь этого, парень ни в чем не виноват.

– Какая разница, виноват, или не виноват. Раб, он и есть раб. Его жизнь ничего не стоит, и не важно, умрет он сегодня или завтра, в трюме или в каменоломне.

Старый легионер вытянул на две пяди боевой меч из ножен, его изборожденное шрамами и морщинами лицо затвердело от решимости.

– Сынок, я не знаю, как ты воевал до отставки, может быть смелости тебе не занимать, но твой вчерашний поступок не делает тебе чести.

Я видел, как вчера вечером ты отстегнул кандалы на ногах тех двоих. Откуда мне было знать, для чего ты это делаешь. Может они заплатили тебе, чтоб ты помог им бежать, а теперь ты заметаешь следы?

Гортатор побледнел и весь покрылся испариной. Если хозяин узнает, не миновать беды. За пособничество рабам в побеге лишат всех званий, наград и пенсии. Позор всей фамилии, а то и самому наденут рабский ошейник на шею.

Ноги его подкосились от таких мыслей, и он прохрипел:

– Что ты хочешь, Оптион?

– Я хочу, чтоб ты забыл об этом парне, а я забуду о вчерашнем. И посоветуй хозяину продать его, здесь ему не место. Придумай чего-нибудь, мол, больной и ленивый.

– По рукам! Я могу быть уверен в тебе?

– Слово солдата тебя устроит? Ну, по рукам!

– И все-таки я не понимаю, какое тебе дело до этого раба?

Славиус, стоял в стороне у фальшборта и не слышал разговора.