Тайна Красной шаманки

Василий ловко перехватил левой рукой запястье поляка, присел, ухватил его за пояс правой, перекинул через себя. Поляк кулем упал на каменный пол пещеры лицом вверх. Оборотень резко выкрутил кисть Бронислава. Раздался хруст, поляк застонал, выпустил из руки саблю, которую тут же подхватил Василий. Бронислав попытался встать, но клинок отделил его голову от туловища, обдав штаны и сапоги Оборотня кровью. Василий отбросил окровавленную голову поляка ногой и впился в разбойников незнающим жалости взглядом:

– Кто еще хочет мне поперек слово молвить?

Разбойники опустили глаза, не в силах выдержать волчий взгляд предводителя.

– Уберите эту падаль из пещеры, чтобы не смердели.

Демьян Лалыка и Ферапонт Ноздря подошли к Яшке, Авдей Кистень и татарин Ахмет склонились над обезглавленным телом поляка. Тут-то и выпал из-за пазухи казанца кожаный мешочек. Ахмет попытался подобрать его и сунуть незаметно назад, однако Кистень оказался проворнее.

– Чего это у тебя здесь?

Ахмет кинулся на Авдея. Кистень отпрянул. На пол пещеры, блеснув в свете костра и проникающих солнечных лучей, высыпались со звоном, похожие на чешуйки, монеты: копейки, деньги и полушки с отчеканенными на них надписями, изображениями голубей и всадников с копьями и саблями. Монеты были по большей части медные и серебряные, но была среди них и пара золотых.

– Ах ты меченый! Так вот кто купеческую мошну припрятал! Мы то, дурни, ползали по кустам, искали невесть чего! – Кистень снова посмотрел на Оборотня. – Что, атаман, будем делать с этим псом смердящим? Помилуем или живота лишим?

Ахмет сглотнул, обвел затравленным взглядом сотоварищей. По их лицам он понял, что пощады ему ждать не приходится.

– Отправь его вслед за ляхом.

Казанец видел, как Авдей вытащил из-за пояса кистень, миг и каменное било размозжит его голову. Безысходность бросила его на Кистеня. Авдей не успел воспользоваться оружием. Ахмет сбил его с ног, повалил на спину, вцепился сильными пальцами в горло. У Авдея перехватило дыхание. Он захрипел, уперся ладонями в подбородок татарина в надежде, что тот ослабит хватку, но этого не произошло.