Воздушный океан

– Всё: документы… ммм… деньги… телефон, косметичка… всёёё, – она в конец разревелась.

Разорванная сумочка лежал где-то по середине дороги. Подойти к ней не было никакой возможности – машины с рёвом проносились мимо них – днём был самый плотный трафик, в городах возникали пробки. Вокруг были разбросаны мелкие детали содержимого сумочки, одинокая купюра пролетела по воздуху мимо них.

Алан не знал, что ей сказать, но хотелось как-то утешить, но не придумав ничего лучше, просто взял и обнял её, прижав к себе. Девушка, обессиленно, уткнулась головой ему в грудь, затем энергично оттолкнула его от себя, нацелив на него указательный палец.

– Это всё ты, – злобно прошипела она. Алан стоял, опустив руки, пытаясь увидеть её глаза, – это всё из-за тебя. Что тебе от меня нужно, что ты ко мне пристал, что потрахаться больше не с кем?!!! Вон их сколько вокруг!!! – она отрывисто махнула рукой, затем повернулась спиной, села на корточки, закрыла лицо руками, и горько заплакала.

Алан медленно обошёл её, немного постоял в нерешительности. Он чувствовал за собой вину с одной стороны, а с другой – стал бы он за ней ухлёстывать, если бы не пари, и окажись она в этом положении, если бы не пари. И на этот вопрос не мешало бы найти ответ, ведь на кону всё, вся его жизнь, но Алан так же знал, что никогда он не встречался с женщинами из-за корыстных побуждений, а ещё, по опыту, Алан знал, что трудности разъединяют мужчину и женщину, но также очень сближают.

Он сел на корточки напротив неё, медленно отвёл ладони, взял её лицо в свои, и нежно, не спеша стал вытирать слёзы. Сначала в уголках глаз, под ними, затем на щеках. Она открыла глаза, смотря на него из-под широких ресниц. Алан заглянул в бездну её серых глаз, провалился. В Алане что-то сдвинулось, как будто картинка немного провернулась, а внутри что-то затрепыхалось, словно задели, случайно, струну. Взглянув в серые глаза Айлин, он на миг потерялся, как если бы краткая яркая вспышка взорвалась в её глазах, а может это всего лишь солнечный лучик отразился от её зрачков.

– Чего тебе? – обессиленно сказала девушка.

– Всё поправимо, – сказал Алан, как можно мягче, – прости меня, я виноват, и я всё исправлю.

– Как ты всё исправишь? – в её глазах промелькнула надежда.