Остров одного мертвеца

Пальмовые листья требуется регулярно менять, но здесь, видимо, этим давно никто не занимался. Глина между камнями частично размылась и растрескалась. Если я собираюсь жить в этом доме – ему нужен срочный ремонт.

Одна мысль не давала мне покоя: кто построил эту лачугу? Что за несчастный странник попал на этот забытый богом остров? Я никогда не видел таких жилищ у туземцев, это дело рук европейца. Может быть, он мой соотечественник, волею судьбы, как и я, занесенный на этот всеми забытый остров? Где он сейчас? Что, если он просто перебрался в другое жилище? Или его забрал проплывающий мимо корабль? Если нет, я обязан найти его живым или мёртвым.

Целый рой вопросов крутился у меня в голове, пока я осматривал хижину снаружи. Наконец я решил заглянуть внутрь. Дверь, сколоченная из грубых рассохшихся досок, открылась с большим трудом. Её нижняя часть буквально вросла в землю. Окон не было, но провалившаяся крыша пропускала достаточно солнечного света, чтобы осмотреть убранство жилища. Я увидел импровизированную кровать, стол и нечто вроде табурета.

На столе, покрытом пылью, паутиной и трухой из сухих пальмовых листьев, лежал жёлтый огарок свечи, чернильница, металлическое перо для письма и стопка старой покоробившейся бумаги. В углу я обнаружил инструменты: лопату, кирку, топор и пилу.

Сомнений не оставалось – живший здесь человек не был туземцем.

Выйдя наружу, я решил получше осмотреть пространство вокруг дома. В паре десятков шагов я обнаружил небольшой загон квадратной формы со стенами из каменной кладки высотой около двух футов.

Видимо, здесь держали каких-то животных. Деревянная калитка отвалилась и лежала в высокой траве.

Я вошёл внутрь загона.

То, что я обнаружил у ближней к хижине стенке загона, лишило меня последних надежд найти на этом острове живого человека. Прислонившись спиной к каменной кладке, лежал скелет.

Я думаю, он пролежал здесь уже около года. Иссохшая, похожая на пергамент кожа обтягивала его череп. Вместо носа зияла дыра. Губы давно обглодали падальщики, и теперь жёлтые зубы были обнажены в зловещем оскале.

Костлявые руки сжимали ржавый мушкет, лежащий у него на животе. Одежда, превратившаяся в лохмотья, едва прикрывала выпирающие из-под неё пожелтевшие кости. Скорее всего, это и был хозяин хижины.

Мне стало дурно. Эта страшная находка сильно подкосила мою надежду на возможность выбраться с острова. Мне не хотелось повторять судьбу этого бедняги. Не думаю, что он умер здесь от старости.