Пути тьмы

Сакари несколько мгновений смотрел на хозяйку усталым взором, затем саркастично-скептически фыркнул:

– Пф, значит будем надеяться, что он выберет нас.

– Ты тоже считаешь, что я наивно наступаю на одни и те же грабли? – каким-то уязвлённым тоном поинтересовалась Ферат, ложась в кровать. От такой перемены настроения девушки, у ангела странно что-то сжалось в груди. Можно было бы сказать, что это сердце, да вот только его там нет.

– Я не могу судить об этом, ведь я не знаю какие грабли были до этого, – ответил Сакари, но заметив неизменно подавленное состояние ведьмы страдальчески закатил глаза и добавил: – Я думаю мы можем ему верить, – через силу, почти процедил он.

– О да, им вообще через весь лес пилить, – довольно согласилась чернокнижница.

Сакари прищурившись покосился на хозяйку и полюбопытствовал:

– Слушай, а если бы я упёрся и сказал, что ты поступила категорически неправильно, это бы что-то изменило?

– Не-а, – лукаво улыбаясь помотала головой Ферат, а ангел тяжело вздохнул, поняв, что его использовали в качестве утешения по прихоти.

– А как тут будут звери без тебя?

– Ворон присмотрит, – отмахнулась ведьма. – Да и всё, что им нужно, я оставлю, – девушка устроилась поудобнее на мягкой перине, которая приняла её в свои тёплые объятия, получше закуталась в пуховое одеяло и не без удовольствия глубоко вздохнула, невольно замечая, как слуга всё ещё стоит над её кроватью и наблюдает.

– Нет, спасибо, твоя компания не прельщает, – бросил Сакари, не давая хозяйке закончить и торопливо направился к себе.

– Вот ты… – последующее обзывательство затерялось в ехидном хохоте ангела. – Ну смотри мне, чупакабра летучая, – буркнула чернокнижница, так же невольно улыбаясь. – Кстати, я всё ещё жду ответа, ты был чем-то расстроен, когда мы вернулись домой?

– Нет, я же сказал, что твоё общество мне просто надоело, – улёгшись, ответил ангел.

– Ой, можно подумать, – зевнув, протянула ведьма. – Ты не потушил лампу, – напомнила она. Раз уж не хочет откровенничать, пусть хотя бы обязанности выполняет. Юноша что-то мученически простонал ей в ответ, повернулся на другой бок, укрываясь с головой и крыльями, и огонь в масляной лампе тут же погас сам собой. «Стихия огня, – припомнила девушка.