Предел Шенберга

Быть «дважды разумным». Словом, поводы для разочарований были.

Кто-то как-то дал однажды определение жизни как, цитирую, «машин, приводимых в действие программой ДНК»: и данное положение касается любой формы жизни на этой планете. Помню, мне поначалу чисто по-человечески стало не по себе. Но давайте не будем целяться к словам.

Если сказать, что ум – это адекватная подвижность ассоциативно-логических связей, то возможность выбора полей семантики – то, что такой ум отличает от интеллекта компьютера.

Но вот какое дело.

Если последовательность таких логических шагов либо же вся структура интеллектуального оснащения будет заключена в структуру связей, подчиненных законам эстетики, алгоритму гармонии, внешнему и прямо не связанному с требованиями логического результата, то тогда такой искусственный разум будет практически невозможно отличить от человеческого.

Отличить подделку от подлинника мы не в силах, но, не сделав этого, в противостоянии искусственному гегемону мы неизбежно теряем главное. Инициативу.

Фундаментальный вопрос выглядит так, словно его разрешение допустимо уже в принципе: где та грань, которая отделяет человека от биоагрегата? Но все даже еще хуже, потому что, чтобы действительно понять саму суть дилеммы, необходимо было с самого начала определить:

где кончается машина и где начинается искусственный разум.

Потому что до тех пор, пока вы грузите машину своими желаниями – все в порядке. Но с того лишь самого момента, как только то же самое лабораторное или военное оборудование переходит в категорию разума – неважно, что бы за этим ни стояло – и вы начинаете устанавливать ему рамки, что ему можно делать и как ему правильно думать, вы в силу самой элементарной логики вещей сразу оказываетесь в сфере более чем определенной юрисдикции прав разума, которые до сих пор исчерпывались понятиями прав человека: оправдания в том ключе, что тот или иной вид разума «не совсем разумный», здесь не проходят.