Возмездие: начало истории

Вы же были так близки с ним, теперь тебе и Лие не будет там скучно.

– Викки, мы не были так сильно близки с Брэндоном, его же «сослали», когда мне исполнилось пятнадцать! – приврала девушка. С тех пор он приезжал лишь раз в году на пару дней и маму это почему-то устраивало. А сейчас вдруг её просто прорвало на откровения! Я конечно не жалуюсь ни на что, но всё же это странно.

– Слушай Шерлок Холмс, не пытайся искать подвоха там, где его нет! Просто вашу маму замучила совесть, что она взяла и отослала сына от умершего бывшего мужа, которого ужасно любила.

Теперь Ребекка хочет исправить ситуацию. Вот и всё!

– Может ты и права. И я просто стала параноиком.

– Открою тебе секрет – ты такой была с рождения.

– Ой, да ну тебя! Шутница.

– Ладно-ладно. Что ещё расскажешь?

– Да ничего больше не произошло вроде, лучше скажи, как ты там, мама твоя приезжала?

Печально вздохнув в трубку, Виктория ответила:

– Пока нет. Говорит, что приедет на следующей недели и, что у неё по работе завал.

Но я не особо верю этому.

– Почему же?

– Не знаю. Скорее всего, она просто не хочет проводить каникулы со мной, а хочет быть со своим любовником.

– Теперь уже ты стала параноиком, дорогая. Твоя мама тебя очень любит, просто у неё и правда много работы. Она приедет за тобой, я уверенна!

– Надеюсь. А то мне не очень хочется тухнуть в летние каникулы в общаге.

– Если что приедешь ко мне и всё. Вместе мы найдём, чем заняться.

– Спасибо за приглашение. Учту.

– Не за что.

– Эм, ты прости меня, но мне уже надо бежать на маникюр. Созвонимся попозже, ладно?

– Ок. Всё нормально, я не обиделась. Мне всё равно тоже нужно идти по делам.

– Ты моя умница, Лие и Ребекке привет. Целую тебя! Пока.

– Передам. Целую. Пока.

Спустившись на первый этаж, Аманда нашла свою мать в кабинете. Тихо постучав в дверь и дождавшись приглашения Ребекки войти, девушка села на край кресла и уставившись на мать, произнесла:

– Мама?

– Да, Аманда.

– А это правда, что ты специально выгнала Брэндона из дома?

Оторвав свой взгляд от ноутбука, женщина подняла голову и в упор взглянув на дочь, ответила:

– Я сделала так, как лучше для него.

Понимаешь дочка, с тех пор, как я тебя удочерила, а следом и умер папа Брэндона, ты его конечно же не помнишь, но не это важно. Так вот твой брат стал слишком замкнутым в себе, отстранённым и злым молодым человеком. Но, если я могла с этим как-то справляться, то Чарльз нет.