Перунов век. Мировое древо

И есть вопросы, с которыми совестно обращаться в суд или к императору, если ты можешь призвать негодяя к ответу сам. Мне было бы совестно.

– Но ведь так можно и погибнуть. Глупо же…

– В этом нет ничего глупого. Есть обиды, что смываются только кровью. Есть люди, которым не следовало жить. И если мы можем это исправить, почему не рискнуть?

– Вы берёте на себя слишком много. Оставлять в живых или убить решать не вам. – Сменила ты тему, Людмила, что уж тут сказать.

– Я лишь меч. В итоге исход поединка решают боги.

– А если он решён неправильно?

– Как так?

– Например, победил какой-то нехороший человек. Ведь так бывает.

– Значит, на то были свои причины. Иногда мы считаем кого-то хорошим, и не знаем о нём всей правды. А иногда человек, которого мы считаем мерзким, спасает нам жизнь. Судьба – удивительная штука, Людмила Александровна.

Они медленно брели сначала по берегу, потом свернули на дорогу в сторону большого дома. Здесь Громов пустил Людмилу вперёд, и неспешно последовал за ней.

– А вы сражались на дуэли?

– Приходилось.

– Всегда побеждали?

Громов не ответил. Они почти пришли, огни дома уже освещали дорогу. Людмила повернулась к Константину Андреевичу, но он словно был погружён в свои мысли, и она не стала его переспрашивать. Отвлёкшись на него, Людмила не заметила обвалившейся ступеньки на лестнице и оступилась. Она непременно познакомилась бы со ступеньками ближе, если бы племянник императора не подхватил её.

Громов притянул девушку к себе. Склонил голову, его взгляд скользил по её лицу, внимательно изучая. Он оказался так близко, что княжна почувствовала его тёплое дыхание. Ситуация казалась Людмиле весьма неловкой, и она попыталась освободиться. Повела плечом, постаралась встать на ноги, но почувствовала, что его пальцы сжались сильнее.

– Простите. Я была бы вам признательна, если бы вы меня отпустили.

Княжна Чернышёва снова попыталась вернуть себе равновесие, но чем больше вырывалась на свободу, тем больше он прижимал её к себе. Громов медлил. Людмила чувствовала, что время тянется ужасно долго. Ей показалось, что прошло несколько минут, прежде чем он всё же её отпустил. Внимательно осмотрел и, вероятно, убедившись, что княжна ровно и твёрдо стоит на ногах, аккуратно поддержал за руку.

– Не стоит оставлять Георгия одного. Я пойду.