Перунов век. Мировое древо

Не любит зима уходить из этих мест, цепляется своими бледными руками за корни и стволы. Как и люди на острове: такие же цепкие и живучие, пусть волей императора и лишённые магических сил, положения, свободы. Да и её остров научил стойкости, хотя Людмила провела здесь всего три года своего детства.

Девушке казалось, что все воспоминания связанные с этим жутким местом, трагические события последних дней, да и ссора мужчин – удивительным образом связаны. Чувствовала это, но не могла объяснить. Даже лучшему другу, что сейчас сидел за рулём внедорожника и с каждым метром всё настойчивее втаптывал педаль газа в пол.

Георгий Велеславский и сам был похож на этот остров. Неотёсанный и колючий. Молодой человек воспользовался подвернувшейся поездкой и предложил посетить храм, так как из-за своей военной службы давно не навещал родных мест. Георгия можно было понять, он здесь родился и вырос, а бывал редко.

Храм Велеса находился в глубине острова и стал его негласным сердцем. Вольные поселения и места заключений находились больше по берегам, а вот храм надёжно укрывался среди старого леса.

Сестра Велеславского Лизонька мирно посапывала на плече Людмилы. Длительное пребывание на свежем воздухе подругу утомляло и её непременно клонило в сон.

Людмила и сама уже погружалась в лёгкую дрёму. Но ей пришлось отказаться от целебного сна, который помогает при всех болезнях и во всех сказках. Виновником стал столичный нечистик, который сидел рядом с Велеславским.

– Сколько ещё ехать? – Константин Андреевич Громов был как всегда нетерпелив.

– Немного. Ещё два поворота налево и приедем, – Велеславский водил машину ужасно. Чудовище на четырёх колесах так и норовило сбежать от нерадивого всадника. Но Георгий шёл по стопам своего храброго тёзки и не давал лютому змею ни заглохнуть, ни встретиться с величественной сосной.

– Людмила Александровна, выходите за меня замуж, – Громов со своего переднего сидения лишь бросил взгляд в зеркало заднего вида.

Людмила почувствовала, как дёрнулся внедорожник. Георгий не врезался. И то хорошо. Подруга проснулась и села, с удивлением оглядев всех в машине.

Людмила подумала, не приснился ли ей этот странный вопрос. Бросила взгляд на зеркало, но увидела только себя. Чёрные волосы взлохмачены. На лице глупейшее выражение, точно у рыбёхи, что вывалилась на берег.