Подарок отца. Книга пятая. Леди золотой кувшинки

Весело засмеялся и нежно притянул её к себе и, подминая под себя, проговорил:

– Боюсь, девушка, сегодня мы будем седлать только кобылку. Ну, а уж потом видно будет.

Ровена смущенно уткнулась ему в грудь. Вдруг перестала улыбаться и, сменив сразу шутливый тон, серьезно спросила:

– Питер, почему вечером ты мне не сказал, что хочешь взять меня в жены? Почему заставил страдать ещё целую вечность?

Он перевернул её на спину и лег сверху, глядя в её глаза, серьезно произнёс:

– Прости, если причинил тебе боль.

– Питер, я поняла тебя так, как ты сказал, что завтра стану твоей, и ты сам всё устроишь. И я решила, раз так мало значу для тебя и притом только на одну ночь, уеду не прощаясь. Мне хотелось, чтобы ты задумался и понял, что именно теряешь.

Он удивлённо приподнял брови и заговорил уже более шутливым тоном, хотя глаза его оставались серьезными.

– Ах, вот почему ты убежала?

– Ты всё шутишь? Но если бы я вчера уехала, ты бы больше меня не увидел.

– Любимая, я всё равно нашел бы тебя. – самоуверенно заявил Питер.

– Нет, Питер, я не собиралась ехать в Алансон.

– Как не собиралась? Ты же сама всё время просилась домой.

– Да, это так, но сначала поехала бы в Лондон, продала твои платья. Подождала там некоторое время, пока не ослаб твой надзор за Ла-Маншем. Затем собиралась нанять охрану и отправиться в Германию к деду сэру Гюнтеру, а в Алансон отправила бы послание и сообщила, где нахожусь. Ты бы не нашёл меня. А позже получила бы развод с сэром Гилфордом.

Питер молчал.

Он вдруг отчётливо осознал, что такое она могла проделать в любое время, так и не услышав его слов любви.

– Ровена, ты меня простишь?

– А ты меня?

– Ровена, ты давно знаешь?

Питер резко замолчал.

Но девушка сразу догадалась, что её супруг спрашивает про слуховое окно в стене.

– С тех самых пор, как ты подменил в кувшине сонное зелье, предназначенное для тебя.

Он засмеялся и уткнулся ей в шею и нежно поцеловал.

– Выходит, всё, что я слышал всё это время, ты говорила специально, зная, что я подслушиваю? И намеренно несла всякую чушь.

Ровена улыбнулась, наслаждаясь поцелуями Питера. Он, скользнув губами по её шее, опустился ниже и коснулся губами отвердевшего соска. Ровена уже теряла нить рассуждения, но она должна договорить.

– Если бы не Анфред, то ещё красочнее рисовала бы для тебя картины. Это она щадила твои нежные ушки.

– Вот, значит, кому мне говорить спасибо.