Десять железных стрел

Имя звучало знакомо, но я не сложила одно с другим, пока она не подняла голову, и я не увидела татуировку на ее лице. От нижней губы до подбородка была набита зазубренная опускная решетка.

– Скитальская татуировка. – Осознание ударило в голову мгновением позже. – Епт, да ты же Ирия Клеть.

Она торжествующе усмехнулась – ну, насколько это возможно с пальцем в носу. Надо отдать ей должное, в следующую секунду она его уже вытащила, смахнула что бы там ни было и лишь потом напыжилась.

– Слышал, говнючило узкоротое? – Ирия пихнула братца; тот скорчил гримасу, чуть не черкнув не ту линию.

 – Сэл, мать ее, Какофония обо мне в курсе.

– А этим точно стоит гордиться? – поинтересовался ее брат, Урда. – Что, если она увидела, что твое имя написано в переулке над кучей мусора и фе… – Он издал блевоподобный звук. – Фекалий?

– Я слышала, что ты вытворила, – произнесла я. – Ты открыла портал в дом барона Высокой Тверди и вытащила через него всю гостиную.

– Вместе с его женой. – Ирия неприятно гоготнула.

 – Вообще-то я собиралась спереть его расфуфыренные предметы искусства и все. Надо было видеть ее рожу, тупую, с отвисшей челюстью, когда жирная жопа в удобном креслице раз – и очутилась посреди, мать его, Шрама. Явилась за жалкими грошами, ушла с выкупом. – Странно, что под весом ухмылки Ирии шея не переломилась. – Тогда-то меня и прозвали Клетью. Самый талантливый дверник в Шраме к твоим услугам.

Ирия насмешливо изобразила слабое подобие имперского приветствия, и тут я обратила внимание на ее пальцы.

Мастера дверей, видишь ли, как и всякий маг, платят за свои силы – Меной для Госпожи Негоциант. Вот только их способность прыгать через порталы требует платы их же подвижностью. Чем чаще они пользуются этой властью, тем больше нервов отмирает, тем сильнее их тело парализует.

Не заметишь, если ты не скиталец, но в то время как указательный и средний ее пальцы были здоровы, другие два Ирия держала неподвижно сжатыми. Она сделала то, отчего они навсегда омертвели. Однако если Ирия зашла так далеко и потеряла всего-то два пальца, значит, она и в самом деле очень талантливый дверник.

Не самый, разумеется.

Самый был в моем в списке.

– Не к ее услугам, формально говоря, – пробормотал Урда, не поднимая взгляда. – Не она, в конце концов, же нам платит.

– Это образное выражение, тупожоп, – прошипела его сестра. – Мы договорились, что за переговоры отвечаю я, так?

– Ты ошиблась, – отозвался Урда, продолжая выцарапывать. – Я тебя поправил.