Сны

Маша закатывает глаза и уходит с балкона, сама удивляясь, как так долго смогла выслушивать его слащавое романтическое нытье. Хотя часть монолога про звезды ей и правда понравилась, на секунду она даже забыла про давно выстроенный в голове образ идеального мачо.

Макс, облокотившись на перила, направляет взгляд к небу и тяжело вздыхает, думая, чем бы заняться вечером после сего бессмысленного мероприятия, только отвлекающего его от более важных дел. И как объяснить уход Коле, которому он пообещал попытаться хоть кого-то склеить.

– А вот мне понравилось, особенно там, где про звезды, – вдруг раздается за спиной.

Макс испуганно оборачивается и, справившись с удивлением от увиденного, уточняет:

– Ты все слышала?

– Да, было очень увлекательно, ты так старался… меня зовут Ника.

– Это так прям по паспорту?

Он пожимает протянутую руку, тем временем впиваясь в девушку взглядом. Ее лицо, волосы, улыбка… зачаровывают, так что Макс уже мысленно ищет какие-нибудь красивые слова и название этому чувству.

Ника, стройная брюнетка в легком синем платье, скромном, но стильном. На каблуках, но не слишком высоких. Хотела оставить подруг и покинуть вечеринку, но, чтобы избежать назойливых ухажеров, желающих ее проводить, решила сама найти самого тихого и безобидного и невольно наткнулась на забавный спектакль «я встретил вас». Макс кажется ей очень милым и умным, но крайне наивным. И в ней самой есть та же нежная и чистая красота. Легкий аромат ее духов вгоняет Макса в какой-то транс.

– Да, – смеется она, – Ника Михайловна Скрываева. Мою ладонь можно отпустить, а меня нужно проводить до общаги на Новикова и, возможно, по дороге рассказать еще что-нибудь про звезды, только, пожалуйста, без рук, у меня чисто научный интерес.

– Необычное название… то есть имя… то есть я… конечно… сейчас… только схожу, скажу, мы пойдем, да, через минуту, ты стой здесь, минуту, никуда не уходи…

Они гуляют всю ночь до утра, разговаривают, наслаждаясь каждой секундой друг с другом. Нику завораживают легенды, истории и мифы о звездах, которых Макс, похоже, знает бесчисленное количество, но ей это нравится, и даже если он придумывает половину на ходу, она готова его простить.