Страж Снов

Затем он услышал тихий звук колокольчика. Он обернулся, смотря на то, как ветерок развивает занавески. На миг ему показалось, что там стоит то самое существо в мантии с капюшоном и с посохом, на котором были привязаны колокольчики. Парень потер глаза, видение пропало.

– Ах, да! Нет времени! Я должен действовать! – произнес он, глядя на часы.

Часы отсчитали три часа ночи.

Он увидел во сне то, что должен был изменить. Существо напомнило ему о том, каким он должен быть, обо всех его мечтах и стремлениях.

Быстро одевшись, он выскочил из дома, и как можно быстрее побежал к тому самому дому – дому своей девушки. Было темно, как и во сне, но все же он прибежал к ней.

– Не может этого быть! – произнес парень, видя того самого зайку с бантиком на шее.

Только теперь игрушка выглядела не забытой и мокрой, а пушистой и более мягкой. Парень поднял ее, разглядывая. Она была точь-в-точь такая же, как и во сне. Только не серая. Парень стал звонить в дверь. Звонил до тех пор, пока с той стороны не включился свет, и дверь чуть не приоткрылась.

Сквозь щелку на него смотрела девушка, с красными от слез глазами и немного заспанным видом. На ее лице немного отпечаталось удивление от столь позднего, или уже раннего визита.

– Можно мне войти? – не совсем уверенным голосом спросил парень. – Я знаю, что сегодня я поступил очень плохо, и хочу извиниться за то, что сделал. Я был не прав.

Девушка чуть прикрыла дверь, сняв с петли цепочку…

А что было дальше? Звон моего колокольчика расскажет именно то, что вы бы хотели увидеть в завершении сами.

* * *

Вторая история: Забытая.

«Опять мои родители поругались. Почему они ругаются? Я не хочу, чтобы они ругались. Но почему когда я выходила, мой папа сразу уходил из дома куда-то? А когда я заболела, то он практически совсем не приходил ко мне проведать меня. Разве я в чем-то виновата? Я опять сижу на сидении, позади меня палата, в которой я лежу. Я иногда прихожу сюда, когда засыпаю там. Я часто сплю.

Врачи говорят, что так надо, чтобы не было больно. Но мне не больно. Я прихожу сюда, чтобы посидеть и поплакать. Я так хотела бы, чтобы мой папа пришел ко мне…»

Эти слова звучали в тишине больничного коридора, где сидела девочка лет пяти. В полутемном коридоре сидела лишь она. Лишь тускло горящие светильники освещали его. Девочка сидела и плакала. Но никто не слышал и не мог услышать ее плача. Она сидела на сидении, все время думая о своем папе.