Подарок отца. Глава третья. Две невесты

Он ещё не до конца осознал, о чём говорил Джеральд, и, когда, наконец, сообразил, сквозь зубы процедил:

– Проваливай, пока цел!

Джаральд смачно сплюнул и только сейчас сам осознал, что произнёс фразу, от которой Питер пришёл в ярость. Хотя он ничего не сказал особенного, но, по всей видимости, этой фразой вторгся на недозволенную территорию. И после этого решил самое лучшее убраться.

Вскоре появились и воины Джеральда под конвоем воинов Питера, которые узнав, что Джеральд пленён, и видя, что у них нет выбора, сдались без боя.

– Ровена, деточка моя, с тобой всё в порядке?

Она очень беспокоилась о своей госпоже, заподозрив неладное уже давно, но не имела возможности поделиться с девочкой своими подозрениями относительно Джеральда. Насмешки его людей навели на мысли, что этот негодяй замышлял недоброе.

– Почти.

– А где Джеральд?

– Его Питер, как и всех остальных, отпустил восвояси, – они говорили по-немецки, – наш великодушный господин, видите ли, в плен мужчин не берёт.

Ровена покосилась на Питера, а Питер, услышав её последнюю реплику непроизвольно повернул голову и едва сдержал улыбку, но Ровена заметила этот мимолётный жест. И девушку неожиданно пронзила мысль, мерзкий негодяй Питер прекрасно понимает, о чём они говорят и всё это время скрывал свои знания немецкого языка. Она решила проверить свою догадку и заодно предупредить Анфред, чтобы она лишнего не сболтнула, когда та спросила хозяйку.

– Что же теперь будет?

Ровена со злорадством и намеренно громко ответила.

– Я думаю, что нас с тобой подвергнут зверским пыткам по возвращении в замок. Во всяком случае, так сказал наш доблестный сэр Питер, что за побег меня ждёт суровое наказание. Он жаждет крови, кого-то ему ведь надо наказать, Джеральда он отпустил, и какой прок чинить расправу над родственником, когда есть беззащитные женщины. Самое лучшее, если нас посадят в подземный колодец с крысами.

Питер не сводил с неё глаз, а она как будто бы и не замечала его, продолжала:

– Может быть, придумают ещё чего похуже, за пытают до смерти.

Анфред сначала не могла понять, о чём это говорит Ровена. Но со временем догадалась, что госпожа говорила все эти странные речи неспроста, не сошла же с ума госпожа за время её отсутствия, а другой причины для всего того, что она наговорила, Анфред не находила. Да и сам Питер вёл себя как-то странно.