Идеальные лабиринты

А когда-то людей вам просто приносили в жертву, – член ордена Святого Лазаря поднял легендарный меч Жуайёз высоко над своей головой.

– Молох!!! Порви его за меня! – окончание фразы вылетело из уже срубленной с плеч головы богини в отставке.

Её тело сначала рухнуло на колени, потом распласталось вперёд и через несколько секунд превратилось в кучу тёмного пепла. Морской бриз разметал остатки Шакти ещё до того момента, когда на место сражения прибыл её постоянный напарник.

– Золотой Телец, бог удачи, любитель младенцев и материнских страданий… На кого ты стал похож за сотни лет забытья и изгнаний? Мы с тобой как будто в одном полку служили, но ты был гораздо ближе к складу с провиантом, – Пётр пытался вывести Молоха из себя ещё больше, хотя тот и так был в бешенстве.

– Я узнал тебя… Пришёл отбивать назад свою мелкую душонку? Договор невозможно расторгнуть, даже если вы тут всё дотла спалите, ты всё равно попадёшь на пропитание к одному из нас.

– Буду решать проблемы по мере поступления. А пока что впереди вижу твою противную рожу, хоть и во вполне симпатичном костюме, – Пётр увидел, как разъярённый агент достаёт из поясных ножен длинный армейский тесак.

Блестящий металл холодил в жилах кровь одним видом своих глубоких зазубрин. Оперативник вспомнил, как мастерски Молох управляется с таким оружием, отчего стало немного не по себе.

– Вечно можно смотреть на три вещи: на жертвенный огонь, на бегущую кровь и на то, как мой верный стальной друг режет полоски из особо говорливых, – агент сделал резкий выпад в сторону Петра.

Только благодаря отличной подготовке оперативника бой не закончился прямо на этом моменте. Уклонившись вбок и сделав шаг назад, мужчина замахнулся мечом в ответ, но разрубил им только воздух. Несмотря на внушительные габариты, Молох был подвижен и резок в ближнем столкновении. Перехватив нож в другую руку, он совершил серию ударов по сопернику, но только одним из них краем задел плечо.

– За что ты борешься, юнец? Неужели ты готов пожертвовать собой ради других, ради совсем незнакомых тебе людей? – семитский бог на пенсии продолжал попытки прикончить юркого противника.

– Этого тебе не понять никогда. Есть куда более ценные вещи, чем вечная жизнь и молодость, над которой вы все так трясётесь, – Пётр сделал очередной замах тяжёлым клинком, но он тоже был неудачным и не достиг врага.

– Какие? Кому ты будешь нужен, когда станешь старым и немощным? – агент навязывал плотный ближний бой, не давая продохнуть ни секунды.